Запрещенная реальность. Том 1

Что такое эгрегор, знаешь?

— Групповое психоэнергетическое поле…

— В принципе да, своеобразное энергетическое пространство, образующееся за счет мысленной связи тождественных менталитетов людей, замыкающихся на определенный образ. Это если быть точным. Ищи свой эгрегор, только он поможет тебе в будущей коррекции. Нас со Светленой, скорее всего, в ближайшее время «лишат сана», и помочь мы уже будем не в состоянии. Но учти, ты сможешь стать проводником силы эгрегора, только став проводником его идей.

— Мне надо его еще найти.

Последнее «горотрясение» было наиболее сильным, и Горшин торопливо добавил:

— В МИРах Инсектов есть места с высокой концентрацией энергии «Иглы Парабрахмы», их надо обходить, почувствовать, но ни в коем случае…

Гулкий удар оборвал речь Горшина, и с ощущением падения в бездну Матвей проснулся…

Как всегда, полчаса ушло на размышления и «укладку» информации по внутренним «полкам» сознания. Очень хотелось еще раз поговорить с Горшиным, получить ответы на вновь сформировавшиеся водросы, но это уже являлось несбыточной мечтой, судя по тону прощания Тараса. Оставалось надеяться на Учителя, в крайнем случае на Проводника, кто бы им ни стал — Самандар или Парамонов.

А жаль, подумал Матвей с искреннем сожалением, имея в виду потерю связи с Историей, открывшейся ему благодаря какому-то расчету иерархов. Или Монарха. Или людей Внутреннего Круга. Вот погулять бы по МИРу Инсектов наяву, физически, ошутить его таинственную атмосферу, увидеть изумительные города-ульи, города-муравейники и термитники, города-башни и крепости древних разумных насекомых…

Тренькнул телефон.

— Ты скоро? — осведомился Василий недовольным тоном.

Только теперь Матвей обнаружил, что заснул еще днем: теперь шел девятый час вечера! Значит, этот сон-морфема был действительно чем-то вроде аварийного вызова, чрезвычайной передачи, призванной предупредить Соболева в последний раз и передать ему больше эмоциональную, нежели интеллектуальную информацию.

— Сейчас буду, — ответил Матвей, с неохотой заставляя себя выбраться из расслабленного состояния.

Окончательно пришел в себя он только в машине.

«Чистилище» предоставило Балуеву скромную двухкомнатную квартиру в районе Щелкова, недалеко от станции метро. Ничего лишнего в ней не было: в гостиной — диван, два кресла, стол письменный, сервант, в спальне — деревянная двуспальная кровать, трюмо, шкаф для одежды.

— Обстановка почти спартанская, но мне хватает, — улыбнулся Василий, наблюдая за Матвеем, рассматривающим квартиру. — Как сказал бы Прутков: для достойного нету достойных наград.

— Не Прутков, а Хайям.

— Без разницы. Компьютера тут тоже нет, и это единственное, о чем приходится сожалеть.