Запрещенная реальность. Том 1

Казалось, каждая мышца, каждая косточка его великолепно — но не чрезмерно — развитого тела танцевала, играла, разговаривала с другими; по телу шли странные, завораживающие глаз ритмические волны ряби; и этот танец, «разговор» тела, был страшен и красив одновременно! Никогда еще она не видела, чтобы кто-нибудь так владел своим телом.

Матвей обернулся, задержав взгляд на застывшей в проеме двери девушке, хмуро и в то же время застенчиво улыбнулся, и эта его улыбка сняла все ее страхи и опасения…

По губам Кристины снова скользнула улыбка.

— Ты плохо его знаешь, Катюша, вернее, не знаешь совсем.

Он человек необыкновенный! А как дерется!

Катя фыркнула:

— Наслышана. Но не считаю это главным достоинством мужчины. Он что, умен, знаменит, богат?

— И умен, и богат — если иметь в виду кругозор и широту взглядов… Впрочем, деньги у него водятся и ездит он не на одной тачке. А что касается главных качеств… мне импонирует уже то, что он способен постоять за себя и свою подругу, не то что наши рахитичные мальчики.

— Не спорю. — Катя принесла поднос с кофейным сервизом, фруктами и пирожными, и подруги с ногами забрались в кресла, наслаждаясь тишиной и уютом.

 — Уж не собираешься ли ты за него замуж?

— Если позовет — пойду, — взмахнула Кристина рукой, в которой держала пирожное. — Хотя предупредила его, что замуж не собираюсь.

Катя прыснула:"

"— Правильно, пусть не воображает, помучается. А он учится или работает?

— Закончил три года назад филфак, сейчас где-то преподает, но я не уточняла. Сам скажет. Ну а твой Виктор что думает?

Катя беззаботно отмахнулась и со смехом стала рассказывать о своих отношениях с однокашником, а Кристина вспомнила прощание с Матвеем и вдруг отчетливо увидела его сидящим в позе «лотос».

Он открыл глаза, улыбнулся, протянул к ней руки, и девушке почудился его шепот:

— Ты меня слышишь, Христя?..

Скорые поезда до Архангельска ходили через Вологду, и Матвей взял билет на вечерний, десятичасовой поезд. В Вологду он прибывал в шесть утра, и Соболева это устраивало, он успевал на первый автобус в село Старое, где фермерствовали Нестеровы.

Острое чувство преследования охватило его уже на перроне, хотя конкретно интуиция не сработала: пассажиры вокруг не обращали внимания на молодого человека с сумкой через плечо, спешащего, как и они, на посадку.

Однако нервная система не сигнализировала зря, подсознание реагировало на опасность и практически не ошибалось. В купе Матвея ждал Горшин. Вряд ли проводница видела, как он туда вошел.

— Привет.

— Салют. — Матвей забросил сумку на вторую полку, с невозмутимым видом уселся напротив. — Кажется, мы попутчики? Я почуял тебя еще на выходе из вокзала.

— Знаю. Надолго уезжаешь?

— На неделю. До вызова по службе. Меня отстранили от… всех заданий.