Развод с миллиардером

– Так у супругов Аврамовых есть ребёнок?

– Что? Нет! Майя была так убита горем, что потеряла ребёнка с необратимыми последствиями для своего здоровья.

Я замечаю как вздрагивает Тимур. Сама же почти не дышу. Ну вот и все. Теперь каждый зритель в курсе моей личной трагедии, того , что должно было остаться в стенах семьи. Но нет, мать как всегда поступила эгоистично, выставив все напоказ, напрочь забыв о чувствах собственной дочери.

Тимур все так же пялиться в экран, но могу поспорить что он уже не вникает в суть происходящего. Он похож на заставшую статую. И когда в студии появляется дочь Колосова, которую якобы нагло обманул Тимур, мой муж наконец-то поворачивает голову ко мне и напряжено смотрит. В самую душу.

– Это правда? – неживым голосом спрашивает он.

– Ты ведь и сам знаешь, что мама все перевернула с ног на голову, – пытаюсь состроить из себя дурочку и глупо хихикаю.

– Майя, это правда что ты была беременна? От меня, – спрашивает сквозь стиснутые зубы, а я ложусь обратно на подушки, не в силах вспоминать тот день.

Те события я спрятала глубоко внутри, не желая возвращаться к ним. Слишком больно. Слишком невыносимо. Рана до сих пор кровоточит, не давая нормально радоваться жизни. Ну зачем же ты так со мной, мам?

– Да, Тимур. Это правда, – едва слышно произношу я, ощущая как медленно скатываются по щеках к подбородку одна за другой слезы.

Глава 33

Казалось, я давно выбросила из памяти тот день и научилась жить дальше, лишь время от времени видя болезненные сны о несбыточном будущем. Но хуже всего было даже не мучаться от кошмаров по ночам, нет, хуже этого было признаться мужчина в том, что по глупости угробила нашего с ним неродившегося ребёнка.

– Как это произошло? – глухо спрашивает Тим, несмотря на то, что я ждала от него вспышки гнева.

Его спокойствие напускное. Или же просто реакция заторможена. Он обставляет в сторону телефон, на время забыв о работе. Я замечаю как дрожат его пальцы. Он потирает глаза, его лицо слегка перекошено. То ли от гнева, то ли от свалившейся на его голову реальности.

– Я... – давлюсь собственными словами, не в силах рассказать ему все. Обдумываю как это сделать. На самом деле даже вспоминать не хочется, не то что говорить.

Мне бы остаться наедине со своими мыслями, перед этим устроив встряску собственной матери.

– Майя, – его голос звучит ласково и тихо, он нависает надо мной, ловя мой взгляд, унося меня в свой плен.

И столько всего в эго взгляде, что не передать. Гнев. Боль. Горечь. Неверие. Сочувствие. Боязнь спугнуть меня.

Тимур тянется к моему лицу и подушечками пальцев нежно собирает предательскую влагу со щеки.

– Я была такой дурой, Тим. Такой дурой, – с горечью в голосе произношу я, поджимая губы.