Жена моего мужа

– Ну кто там еще? – раздался из-за двери недовольный бархатный баритон.

– Спонсор вашего нового спектакля, – игриво сообщила я.

Дверь немедленно распахнулась.

– Простите, – пробормотал высокий блондин, – не думал, что так сразу приедете.

– Чего тянуть? – спросила я и пошла за хозяином в большую гостиную, обставленную с претензией на оригинальность.

Стиль «деревенская изба» – повсюду деревянные резные лавки и стульчики, расписной палехский столик, огромный телевизор и полное отсутствие книг.

Андрей уселся на весьма неудобный диван и выжидательно поглядел на меня. Безжалостный солнечный свет бил актеру прямо в лицо. Стало ясно, что ему не двадцать пять, а хорошо за тридцать. Кожа на лице и шее потеряла свежесть, возле глаз и на висках виднелись «гусиные лапки». Рот тоже начинал терять твердые, мужественные очертания. Ну еще года два-три, и придется из героя-любовника переквалифицироваться в благородные отцы. Хотя сделает пару подтяжек и вновь сумеет косить под мальчика. Андрюша тряхнул белокурой шевелюрой, и я приметила предательскую черноту у пробора. Так, он еще и волосы красит.

Минут пять излагала суть дела. Представляю таинственного мецената, большого театрала. Хозяин может дать деньги на постановку спектакля, желательно из классического репертуара.

Елизаров впал в волнение. Он принялся бегать по комнате, изредка останавливаясь и принимая по привычке картинные позы. Я решила слегка охладить пыл размечтавшегося актера.

– Вот только одна заковыка…

– Какая? – притормозил у окна Елизаров, картинно сдувая со лба пергидрольную челку.

– Мой хозяин – человек очень строгих правил, даже можно сказать, ханжа…

– Ну? – не понял Андрюша.

– Он очень любит ваш театр, но никогда не даст денег лицу нетрадиционной ориентации.

– Не понимаю, – забормотал герой-любовник.

Я вздохнула и спросила в лоб:

– Вы «голубой»?

Елизаров подскочил на месте от негодования и закричал:

– Да я обтрахал половину России!

– Так-то оно так, – продолжала я сомневаться, – но вот хозяин прочитал «Скандалы недели» и засомневался.

– Вот жабы гнойные, – занервничал Андрюша и, воздев руки к небу, продекламировал: – «Клевета – страшная вещь, убивает наповал, словно выстрел из пистолета».

Интересно, из какой пьесы данная цитата?

– Вы мне не верите? – почти с отчаянием вопросил актер. – Сейчас все объясню."

"Оказывается, кто-то из «друзей» отправил в «Скандалы» фотографии, сделанные во время репетиции нового спектакля. Речь в пьесе на самом деле идет о гомосексуалистах, и Андрей играет в ней главную роль. Сцена, где он сжимает на диване в объятиях партнера, – финал первого акта.