Жестокая сказка

Смотри и запоминай».

Мужчина кончает. Потом позволяет девушке отстраниться. Она стягивает презерватив с мощного ствола, жадно обсасывает, вылизывает содержимое.

Трудно поверить, что это та самая холёная администратор из ресепшн. Красивая. Гордая. Эффектная девушка, знающая себе цену. Я все ещё не верю собственным глазам."

"- Свободна, - бросает Ахметов, не глядя на неё, отходит и начинает одеваться.

- Но... но... - бормочет растерянно, переводит взгляд с меня на него и обратно, видимо, пытается понять суть отношений между нами. - Мы разве больше не встретимся?

Мужчина застегивает брюки и возвращается к ней.

Смотрит со снисходительной усмешкой. Склоняется и запихивает несколько купюр в бюстгальтер, хлопает по щеке ладонью.

- Сгинь, - приказывает коротко.

- Я не за деньги... я... я хочу тебя.

Он молча хватает ее за волосы, вздергивает на ноги и выталкивает за дверь. Прочь из номера.

- Не ревнуй, - скалится Ахметов и подмигивает мне. - Я ещё тебе клятву верности не дал.

- Я не ревную, - шепчу возмущённо. - С чего ты взял?

Глава 34

Самодовольный ублюдок. Уверен, будто каждая женщина мечтает оказаться в его проклятых лапах.

Чертов урод. Неужели реально верит, будто я способна ревновать? Серьезно? Без шуток? Абсурдная ситуация. Бред.

Открываю и закрываю рот, решаю ничего не доказывать. Пусть Ахметов продолжает упиваться своей дурацкой уверенностью. Реальное положение вещей никак от этого не поменяется.

Мне наплевать. Наплевать и точка. Впрочем, нет, не совсем так. Я рада. Вот, теперь уже точно. Я очень рада, что его внимание переключилось на другую жертву. Не слишком красиво с моей стороны, но кажется, та девушка не возражала, ничего не имела против, мечтала продолжить общение.

Не понимаю, как такое возможно, чем подонок может зацепить и заинтересовать. Но не стану никого осуждать.

Черт. Признаюсь, до этого момент я не представляла женщину, которая по доброй воле выберет его и согласится на близость. Даже единственный раз. Гад умеет только силой брать, пытать, ломать и убивать. Обезумевший хищник. И рефлексы у него жуткие. Ничего хорошего ожидать не стоит. От него нужно бежать, удирать на край света, не оглядываясь. Других вариантов нет. Надо себя спасать.

Верность. Подавись ты своей верностью, сволочь. Пускай меня растерзают дикие звери.

Я никогда не буду твоей. Никогда.

- Ты плачешь, - произносит Ахметов, набрасывая рубашку.

- Что? – задыхаюсь. – Что за чушь?

Говорить оказывается неожиданно сложно, слова не идут с губ. Горло перехватывает, словно сдавливает в железных тисках. Видимо, от возмущения, от неясной тревоги. От нервного перенапряжения. Психика дает сбой.

- Слезы, - мрачно заявляет мужчина. – Разве не чувствуешь?

Он подходит вплотную, припечатывает тяжелым взглядом, склоняется и проводит большим пальцем по моей щеке.