Жестокая сказка

Последнее слово заставляет меня вздрогнуть. Ругательство. Жесткое. Нет, я в школе похожее слышала, по телевизору тоже. Но там это звучало иначе. Мягче? Кажется.

- Причем тут он, - бормочу. – Ты… ты меня пугаешь.

Рустам накрывает мои ладони своими, зажимает наши руки прямо на поручнях качели. Оказывается совсем близко, накрывает тенью. Вокруг холодает. Воздух леденеет. Но я задыхаюсь, слишком жарко становится, дышать тяжело.

- Принцесса, - говорит он. – Я не тот, кого тебе надо бояться.

- Я не принцесса, - улыбаюсь. – Обычная девочка.

- Принцесса, - повторяет твердо.

Кто-то называл меня так. Давно. Кто?

- Хорошо, - закусываю губу. – И какая же я принцесса?

- Единственная, - припечатывает. – Настоящая.

Я смотрю в его глаза и верю. Никакая карточка не нужна. Важнее вот так держаться. Близко. Рядом. Странное чувство. Вроде бы тесно. А в то же время свободно.

+++

Рустам пропадает. На целый год. Та встреча с разговором о принцессах оказывается последней. Напрасно ищу его фигуру в толпе. Напрасно жду на площадке и возле собственного дома. Он не появляется. Ни через неделю, ни через месяц.

Исчезает окончательно. Не прощается. Ничего не поясняет. Просто больше не приходит.

Плохо понимаю, что происходит и почему. Перестаю сбегать из дома, после школы поднимаюсь в свою комнату, закрываюсь, утыкаюсь лицом в подушку, рыдаю. Без причины. Долго. Захлебываюсь слезами."

"Не тянет на улицу, не тянет гулять. Вяло вожу ручкой по бумаге, вывожу строчки, которые еле различаю. Реальность сливается в сплошное серое пятно.

Проходит зима. Лето. Становится легче. Забываю страдать. Даже смешно становится, с чего настолько сильно убивалась.

Взрослею. Умнею. Мне исполняется девять лет, а это серьезный возраст. Так говорит новая няня. Папа с ней согласен. Брат начинает уделять внимание, пытается со мной общаться. Получается у него не слишком хорошо. Иногда Олег жутко раздражает. Но я рада, что он хотя бы перестает называть меня «малявкой». Жизнь начинает налаживаться. Очередной учебный год. Уроки. Начинаю посещать музыкальную школу, танцевальные кружки. Хочу еще и на плавание пойти, но папа возражает, считает бассейны с хлорированной водой очень вредны для здоровья, еще уверен, я буду простужаться.

Столько заботы. Зачем? Я все равно должна умереть, как только мне исполнится восемнадцать лет. Нужно многое успеть. Глупо терять время, которого нет.

Хотя иногда кажется, я сама это придумала. Долг. Тех страшных людей, что забрали мою мать и угрожали забрать меня. Чернота. Ночь без начала и без конца.

Может, и Рустама не было? Никогда не существовало? Может. Все сливается и путается. Приходят новые моменты. Новые воспоминания. Теряюсь в потоке памяти.