Жестокая сказка

Там меня и схватили люди отца.

Новая школа оказалась покруче прежней. Сначала я даже обрадовался. Никакого наказания. Скорее уж награда. Приключение для прочистки мозгов.

Старший брат отвез меня на Север, проводил до границы и указал, куда двигаться.

- Держи, - Марат вложил в мою ладонь нож.

- Оружие нельзя, - удивился я.

- Разве это оружие? – хмыкнул. – Зубочистка.

- Против правил.

- А по правилам тут не выжить, - хлопнул по плечу. – Удачи, брат.

Отец не хотел меня наказывать, поскольку нашел вариант получше. Предателей казнят. Даже самых близких.

Я должен был снова заслужить право на жизнь. Оплатить ошибки кровью.

Дикие условия. Зверский холод. Борьба за выживание шла полным ходом.

Глава 67

Я видел смерть. Глядел в упор. Скалил зубы и хохотал. Черта между днем и ночью стерлась. Время потеряло всякий смысл. Прошлое отступило. Будущее не родилось. Каждый вдох закалял. Каждый выдох приравнивался к торжественной победе.

Помню, как лежал и смотрел на бескрайнее звездное небо. Тело леденело. Чужая кровь, залившая меня, больше не грела. Оттолкнул труп, но подниматься не спешил.

Выжидал, понимал вокруг хватает противников, посильнее и похитрее, только и предвкушают мой промах.

Я хотел получить все. Всегда. В этом и заключалась главная проблема. Невозможность контролировать собственные чувства. Меня пожирала ярость. Затапливала злоба. Я не представлял, как направлять эмоции в правильное русло, не умел повергать врагов, обращая их силу в слабость. Мои тактические уловки не отличалась разнообразием. Я набрасывался и молотил кулаками. Бил. Грыз. Рычал. Я превратился в животное. Мозгов на большее не хватало.

Потенциал впустую растрачивал.

Я боялся сдохнуть. Ощущал жар преисподней за спиной. Дрожал и сжимал кулаки. А потом потерял страх. Перестал чувствовать. Разум прояснился. Выживать стало куда проще. Но даже тогда внутри тлела преступная тяга. Жажда того, что я должен был уничтожить. Запретное желание.

Она приходила ко мне. Там, на краю мира, когда я мастерил оружие из костей поверженных соперников. Зверей? Людей? Не разобрать.

Она улыбалась и шептала:

- Рустам. Мой Рустам.

Ее светлые волосы струились по худым плечам. Глаза сияли ярче стали.

Холодные, ледяные.

Я знал, это видение. Нет смысла протягивать руки, пытаться поймать ускользающий мираж. Но я знал и другое. Она моя. И будет моей – по-настоящему. Так, как я хочу. Иначе ее не будет вообще.

Я вернулся обратно. Заслужил прощение отца, но от планов своих не отказался. Наоборот, желание окрепло. Я продолжал приглядывать за девчонкой. Не лично, через других. Я не выпускал свою собственность из-под присмотра.

Она повзрослела. Превратилась в магнит для неприятностей.