Жестокая сказка

Надо выдохнуть и двигаться дальше.

Отправляюсь в душ, привожу себя в порядок. Стараюсь угомонить эмоции, успокоить разбушевавшиеся чувства.

Девственность не самая важная потеря. Я бы в любом случае не завела нормальные отношения. Так зачем себя хранить?

Пробую рассуждать здраво. Цинично.

Мне нельзя любить. Нельзя рожать ребёнка. Я совсем не хочу, чтобы однажды Ахметовы искалечили жизнь моей дочери или моего сына. Кто знает, вдруг снова решат взыскать долг? Вдруг история повторится?

Возвращаюсь обратно в комнату. Подхожу к чемодану, поглядываю на стопки купюр. Сверху лежит записка, где отпечатан номер такси, которое ждёт меня возле выхода. Ничего личного. Ничего лишнего. Никакого намёка на новую встречу. А ведь Граф говорил про несколько ночей.

И что с того? Не имеет значения. Даже лучше.

Я получила деньги. И удовольствие. Так чего ещё желать?

Рядом на стуле сложена моя одежда. То, в чем я пришла в клуб. На полу стоят новые кроссовки. Идеально по размеру подобраны. Я же босая приехала. Вот пришлось потратить чуть больше средств на восполнение моего гардероба.

Граф заплатил за меня миллион. Кроссовки как чаевые.

Безумная мысль. Идиотская. Нервная улыбка растягивает мои губы.

Наряжаюсь и только потом замечаю на столе орхидеи. Кроваво-красные. Вчера их тут не было? Или я не придала значения? Небрежно веду пальцами по нежным лепесткам.

Забавно. Ахметов дарит розы. Граф орхидеи. Так много цветов. Но при этом я обречена на одиночество.

Внутри больно. Не в теле. Глубже. Гораздо глубже. Мне почему-то трудно дышать, воздух становится огненным. Или ледяным? Трудно понять.

Я ожидала чего-то... другого. Чего? Любви с первого секса? Даже думать смешно. Смешно и горько.

Ждала, что Граф назовёт своё имя? Снимет маску, при этом не закрывая мои глаза повязкой? Станет прекрасным принцем и одолеет дракона, который долгие годы жаждет меня сожрать?

Нет. Я не в сказке. Чудес не будет.

Смотрю на чемодан. На проклятый миллион. Смотрю и слезы бегут по щекам. Чем дольше я продолжаю стоять на месте, тем отчетливее понимаю, что не возьму эти деньги. Не смогу.

Проклятье. Я же знала, на что иду. Я понимала. И отработала. Так чего теперь ломаюсь? Надо брать свой выигрыш. Надо оплачивать операцию для отца.

Тело немеет. Отказывается подчиняться. Сжимаю кулаки, вонзаю ногти в ладони.

Бред. Это же бред!

Отправиться в бордель. Найти клиента. Позволить собой попользоваться. Отдаться на всю ночь. А потом... отказаться от денег.

Кто так делает? Кто?!

Я."

"Черт. Я просто понимаю, что взять эти деньги будет ненормально. Неправильно. И вроде поздно исправлять ситуацию. Ничего не вернуть. Я уже провела ночь с мужчиной за плату. Но где-то теплится идиотская вера в то, будто откажись я от суммы сейчас, все ещё можно исправить. Переписать. Изменить.