Жестокие игры

Он стоял, прислонившись к стене, смущенно поджав губу, в то время как большинство коллег – и не только женского пола – бесстыдно поедали парня глазами.

Их можно было понять.

Демьян выглядел до неприличия соблазнительно в одних влажных трико, облепивших рельефные бедра. Сверху одежда отсутствовала, демонстрируя мощные канаты мускулов, переплетенных под упругой кожей.

Набрав полную грудь воздуха, я сделала огромное усилие, заставив себя отвести взгляд. На ум пришли мудрые слова ба: «Не разевай роток на чужой платок».

* * *

К полуночи в клубном ресторане, как всегда, было не протолкнуться. Направляясь на кухню за очередным заказом, ахнула, когда чьи-то сильные руки потянули меня в плохо освещенный закуток.

– Снежана… – Волков облизнул пухлую нижнюю губу.

К счастью, на этот раз парень оказался полностью упакован в форму работников службы безопасности, но от этого было не легче: помутневшие зеленые глаза и запах чистого разгоряченного тела, как обычно, притормаживали работу моего мозга.

– Чего тебе?!

– Я хотел извиниться. – Губы охранника скривились в сексапильной ухмылке.

Его запах обвился вокруг меня осязаемыми кольцами, медленно сжимаясь на горле. Дыхание сделалось прерывистым, внизу живота появилось предательское тепло.

– За что? – непроизвольно сжала бедра, вдруг подумав, что долгое отсутствие секса, наконец, дало о себе знать.

– За то, что случилось в приватной кабинке. Мне очень жаль. – Игривое выражение его лица сменилось сосредоточенным.

Кажется, на этот раз Волков говорил серьезно.

– Пришел в клуб с другом отметить переезд в Москву, а потом увидел тебя на сцене, и как током дернуло. Помутнение. Вспомнил всё, что мы творили той ночью. Ну и… Не смог сдержаться. Понимаешь, Снеж?

Я промолчала, давая ему возможность закончить путаную речь.

– Володька сказал, любую танцовщицу можно пригласить на приват… Я разозлился. Подумал, что вы вроде проституток, торгуете телом. Только потом узнал все тонкости. Прости, что повел себя как животное. Этого больше не повторится.

По коже пробежал холодок, в душе выпали осадки. Не знаю почему, но мне стало невероятно грустно и одиноко. Натянуто улыбнувшись, почувствовала, как щеки начинают гореть.

– Ничего страшного. Да и я решила завязать с приватами. Вроде Валдис со скрипом согласился – Вита помогла его уговорить.

– Ну вот и отлично. Хотя эти танцы… – Демьян положил руку мне на плечо, издав хриплый гортанный смешок, отрикошетивший под трусики.

– Мне нравится танцевать, и мы делаем это одетыми, – возразила, ощущая, как краска стыда против воли расползается по щекам.

Запах здорового мужского тела все крепче обвивался вокруг талии и груди. Дыхание сбилось к чертям. Молилась, чтобы старый знакомый не догадался, какое влияние на меня оказывает.