Жестокий трепет (СИ)

Брендон реагировал на нее так, как ни на кого другого, из-за чего долго не мог понять, что с ним происходит. Этого не понимал и сам зверь. Но ранее он бушевал лишь в те мгновения, когда Брендона выводили из себя какие-нибудь другие альфы. Например, в первом классе начальной школы один его одноклассник однажды перешел границы дозволенного и решил занять место Брендона, его вещи без спроса положив на другую парту. Садясь на его стул, этот мальчишка показывал, что он тут главный и он может делать то, что захочет. Таковы законы альф, проявляющиеся еще с детства. И вот когда Брендон бил его головой об пол, а его зверь скалился и рычал, альфа вспомнил о том, как он реагировал на Элис. С ней все было иначе, но судя по всему, зверь в ней чувствовал врага.

Причем, не просто врага, а самого главного. Номер один. Ведь реагировал он на нее куда сильнее и мощнее. Однажды, когда Элис положила свою ладонь к нему на плечо, чтобы привлечь к себе внимание брата и спросить у него не поиграет ли он с ней в мяч, мальчишка ощутил, как теряет связь с реальностью и уже полностью становится животным, которое, еще немного и укусило бы ее за ладонь. Нечего прикасаться к нему.

Укусить. Взять и укусить человека. Младшую сестру. Он точно начинал терять свой рассудок из-за этой мелкой, надоедливой девчонки.

Но все же осознание всего этого выводило из себя. У альф существовала четкая иерархия и часто самые сильные видели друг в друге врагов, ведь главным должен быть только один. Но почему ему во враги номер один зверь выбрал мелкую омегу? Его сестру?

Это ломало мозг Брендона. Может он чего-то не понимал и на самом деле Элис настолько сильная, что одной рукой может разбросать нескольких альф, а его зверь это почувствовал?

Думая об этом, он из окна наблюдал за тем, как Элис бегала по саду вместе с Хорасом, а потом запуталась в собственных ногах и, упав в траву, начала плакать. Как такая нелепая омега может быть сильной?

Мрачно отведя взгляд и ладонью растрепав волосы, Брендон решил, что просто не будет обращать на нее внимания.

А Элис все время липла к нему. Дергала зверя за усы. Просила поиграть с ней, проверить правильно ли она сделала задание репетитора, подходила, чтобы просто поговорить. Каждое ее появление и зверь бушевал все сильнее и сильнее, требуя срочно что-то сделать. Что? Звериное начало твердило о том, что с врагом нужно сразиться, чтобы побежденный преклонил голову, но Брендон лучше бы себе руки поломал, чем затеял бы драку с девчонкой. Этого и зверь не хотел. Но все равно продолжал при ее виде скалиться и выпускать когти.

Элис была унижением Брендона, ведь каким никчемным он был зверем, раз у него враг девчонка?"

"Порой приходили мысли, что тут что-то не так. В родной крови он не мог видеть врага. Семья это его стая.