Зимняя война. Дороги чужого севера

А кто усвоил, уже на завтраке…

— Стемнеет, пока они позавтракают, — буркнул взводный. — Развели, понимаешь, вольницу… Ладно, передай всем — через двадцать минут построение в овраге.

Карабаш ушел, подволакивая ногу. Никита покосился на полевую кухню — нужно успеть позавтракать.

— Товарищ старший лейтенант Мечников? — подлетел к нему жилистый лейтенант в затертой кожаной куртке, увешанной подсумками. — Лейтенант Минин, офицер по поручениям полковника Уматова.

— Знаю, лейтенант, кто ты такой, — ответил Никита. Предыдущего порученца лейтенанта Астафьева убили на прошлой неделе. Дофорсился, возомнил о своей бессмертности и решил сократить дорожку между подразделениями — вместо оврага отправился сосняком, где и был застрелен снайпером с соседней сопки.

— Вас товарищ полковник вызывает, — сообщил порученец, небрежно отдал честь и побежал греться к ближайшему костру. Мечников вздохнул, с сожалением покосился на еще дымящуюся полевую кухню…"

"— Разрешите, товарищ полковник? — Старший лейтенант отогнул край палатки, дождался снисходительного «да, прошу», вошел внутрь. В палатке командира полка потрескивала печка, было тепло и даже жарко. Трое офицеров оторвались от карты, пристально на него воззрились. — Командир разведвзвода старший лейтенант Мечников по вашему приказанию прибыл, — козырнул Никита.

— Проходи, старлей, — протянул руку полковник Уматов. Ему было основательно за сорок, подтянутый, темноволосый, но уже с налетом седины, кадровый военный, когда-то окончивший Ленинградское Краснознаменное пехотное училище. — Так вот ты какой, старший лейтенант Мечников… — Он отстранился и еще раз смерил взглядом приглашенного.

Протянул руку приземистый начштаба майор Суслов, за ним, поколебавшись, сделал то же самое полковой комиссар Решетов — мрачноватый, с крупными залысинами, известный своим непредсказуемым характером и умением сочетать громовые маты с лозунгами Коммунистической партии.

— Наслышаны о твоих ночных похождениях, старший лейтенант, молодец! — похвалил Уматов. — Действовал на грани, отчаянно рисковал, но с задачей справился и доставил ценного «языка». Будем ходатайствовать перед командованием о твоем представлении к правительственной награде.

— Служу Советскому Союзу!

— Вот именно так и служи, — кивнул комполка. — Субъект, которого ты доставил, Мечников, — командир специальной егерской роты Реймо Киймаа, уроженец Хельсинки, в начале тридцатых служил в армии, демобилизовался в звании младшего командира, потом получил гражданскую специальность — по профессии он инженер, имеет семью, двух детей.