Ад под ключ

Сейчас показать прибыль — все равно что выйти на колхозный рынок, полный щипачей, с набитым купюрами портмоне, которое торчит из заднего кармана брюк.

— И вы советуете разделять бизнес, распределять активы, водить за нос налоговую, — сердито сказал Алексей, подумав: «Давай, заливай». — Сажин, я не ребенок. Не надо мне рассказывать прописные истины. По-твоему выходит, что черный нал — это средство борьбы с коррупцией? Деньги, о которых не узнают и которые, следовательно, не отожмут. Я понимаю: все запуталось…

— Вот именно: запуталось. Но мы действительно пытаемся защитить бизнес от произвола. Потому что больше некому.

— Допустим. Моя задача какая?

— Я тебе скажу об этом завтра, если ты не передумаешь. Разговор будет в офисе, потому что надо не только рассказывать, но и показывать.

— Показывать что? — в упор спросил он.

— Не что, а кого… Давай-ка еще выпьем.

Алексей нехотя поднял рюмку. Что-то его в «БуЗе» напрягало. Но пока не увидишь — не узнаешь.

— Как дома, все в порядке? — Сажин намеренно перевел разговор на личное. О делах, мол, поговорим завтра.

— Живем помаленьку, — пожал плечами Алексей. — Жена в школе, завучем трудится, сын взрослый, работает, живет отдельно.

— А где работает?

— В банке. Он айтишник.

— Понятно, — усмехнулся Сажин.

— Давай Сережу сюда не приплетать, — сердито сказал Алексей. — Он ничего не знает и ничего не решает. А как твоя дочь?

— По-прежнему работает в «АNДА», — равнодушно сказал Сажин.

— Разве ее не сняли после того, как… — он осекся.

— Она больше не гендиректор. Но по-прежнему топ-менеджер. Алиса без работы не может. А в «АNДА» не могут обойтись без ее знаний и опыта. Собственник поменялся, но в делах он ничего не смыслит. Алиса хорошо зарабатывает. На что мне Ленька постоянно жалуется. Он, как глава семьи, хочет быть круче жены. А не получается.

— А ведь это я посоветовал Леньке приударить за твоей дочкой, — рассмеялся Алексей. — Он, лопух, все не решался. Мол, Алиса Дмитриевна все равно что статуя Свободы. Перед ней можно только благоговеть.

— Он так сказал? — удивился Сажин. — Никогда бы не подумал, что мужик с убийственным бекфистом тушуется перед девчонкой. Леня — мой спарринг-партнер, — пояснил он.

— По-семейному, значит, все решаете, — Алексей, слава богу, еще помнил, что бекфист — это удар рукой с разворота, сложнейший в техническом исполнении. Неслабый спарринг у пятидесятилетнего Сажина!

— Личную охрану я могу доверить только зятю, — твердо сказал Дмитрий Александрович. — И подписывать документы в мое отсутствие тоже. Поэтому Леня — председатель правления, притом, что он ни в финансах, ни в юридических вопросах совсем не разбирается.

— Зато Алиса разбирается. Это все равно что ее подпись стоит в документах.

— Именно, — кивнул Сажин.