Дикая

А ночью Лена подскочила с кровати. Она вспомнила!

Лизунки! Разве это не лизунки? Или как они называются? Да какая разница, главное ведь совсем не название, а назначение!

Соль!

Лена сглотнула при мысли, что вскоре сможет попробовать соленую еду. Господи, как она соскучилась по соли! Такая мелочь, а как оказалась важна.

– Что случилось? – тревожно спросил Медведь, приподнимаясь на своей кровати.

Оглядев пещеру, он остановил взгляд на Елене, которая выглядела встрепанной, но в то же время очень милой. Ее светлые волосы торчали в разные стороны, обрамляя лицо, словно белый пух.

– Все в порядке, – заверила она, а потом силой заставила себя успокоиться. Не побежит ведь она прямо сейчас проверять свою теорию.

Медведь не стал больше ничего спрашивать, решил, что его женщине просто приснился дурной сон. Он еще какое-то время наблюдал за ней, а потом, уловив спокойное дыхание, уснул и сам.

Лена проснулась очень рано. Быстро одевшись, она чуть ли не бегом умчалась к месту, где останавливалось вчера стадо оленей.

Найти камень удалось без проблем. Присев рядом, Елена Николаевна внимательно его осмотрела, потом чуть повернула и провела пальцем по не тронутому животными краю.

Подняв палец, она некоторое время на него смотрела, а затем осторожно лизнула.

Ее глаза тут же загорелись.

– Лена? Все в порядке? – спросил Медведь, все утро наблюдавший за ней. Заметив ее оживление, он решил посмотреть, что так увлекло его жену. – Что делаешь?

– Это соль! – возбужденно произнесла Елена Николаевна.

Вытащив палец изо рта, она провела им по камню, а потом вскочила на ноги и подошла к Медведю.

– Попробуй, – сказала она."

"Медведь слегка удивленно на нее посмотрел, затем перевел взгляд на палец.

Елена, осознав, как это могло выглядеть со стороны, смутилась и хотела убрать руку, но Медведь поймал ее, а потом быстро сунул ее палец себе в рот. Облизнув его, он ослабил хватку. Спрятав руку за спину, Лена смущенно улыбнулась и отвела взгляд.

– Вкусно, – заключил Медведь. Он толком не понял, что именно ему дали попробовать, но готов был хвалить что угодно.

– Это соль! – слишком громко произнесла Елена и только сильнее смутилась. Откашлявшись, она повторила уже тише: – Это соль.

Ее можно добавлять в еду для усиления вкуса.

– Понятно, – Медведь серьезно кивнул и посмотрел на булыжник.

В его голове что-то на эту тему было, но воспоминания оказались слишком смутными, отчего он видел перед собой простой камень. Медведь доверял Лене, но не думал, что камень следует добавлять в пищу.

– О, не смотри так, – хмыкнула Елена Николаевна, заметив нотки скепсиса на лице мужчины. – Конечно, я не стану сыпать в суп землю, – она рассмеялась, когда поняла, что Медведь подозревал что-то подобное.