Алтын-Толобас

Он несомненно догадался, что в лице канцлера я надеюсь обрести покровителя. Потому-то подлый грек и велел своему хашишину меня похитить, допросить, а затем, конечно же, и убить.

Корнелиус нетерпеливо затряс рукой, давая понять, что у него есть множество вопросов."

"– Тихо, герр капитан, сейчас самый тонкий момент – я закрепляю ваши новые зубы… Но всё к лучшему. Теперь мне не нужен Матфеев. Вполне достаточно и капитана фон Дорна. Мы заранее договоримся с вами, как поделить Либерею. Вы ведь не станете забирать себе книгу Замолея? Зачем она вам? Если хотите, я отдам вам ее оклад из лалов.

Там, в сундуках, много и других книг в драгоценных обложках – все они тоже ваши. С такой добычей вы станете одним из богатейших людей Европы. Мне же отдайте только папирус, ладно?

Аптекарь чуть надавил, вставляя костяную дентуру на место, и посмотрел на Корнелиуса со страхом и мольбой.

– Дадно, – великодушно ответил капитан, поцокал языком, приноравливаясь к искусственным зубам, и повторил уже уверенней. – Ладно. Пускай папирус будет ваш, а лалы страны Вуф и все прочие книжки с драгоценными обложками мои.

Все золото вселенной – это, конечно, очень много, но еще неизвестно, сумеет ли Вальзер добыть по древнему рецепту свою тинктуру, а вот рубины штука верная, их всегда можно продать за хорошие деньги.

– Да велика ли книга? – вдруг забеспокоился фон Дорн. Что если она размером с миниатюрный молитвенник, который он видел у Сашеньки Матфеевой – такой ладонью накроешь?

– Велика, очень велика, – успокоил аптекарь. – Савентус пишет, что она размером in quarto. И лалы покрывают ее поверхность сплошь, с обеих сторон. Еще пастор упоминает о Юстиниановом кодексе в окладе из крупного жемчуга, о Гефестионовой «Географии» с обложкой из смарагдов и об античном списке «Энеиды» в шкатулке пергамской работы с инкрустацией из желтых и черных опалов.

Друг мой, вы не останетесь в накладе! Дайте только честное слово дворянина, что Замолея отдадите мне!

– Без обложки, – уточнил капитан и, положив руку на эфес шпаги, поклялся., – Клянусь честью рода фон Дорнов, что выполню условия нашего уговора. А теперь дайте-ка мне зеркало.

Он широко улыбнулся своему отражению и остался вполне доволен: новые зубы оказались ничуть не хуже старых.

А если еще и вспомнить о волшебных свойствах единорога, то выходило, что князю Галицкому, возможно, рановато торжествовать победу.

– Да, – вспомнил фон Дорн. – А что за счеты у вас с митрополитом? И как он мог разгадать причину вашего появления в Артамоновском переулке? Что за сверхъестественная проницательность?

– Ничего сверхъестественного. Таисий прибыл в Россию с той же целью, что и я – искать Либерею. Официальным поводом было посредничество в споре между царем и прежним патриархом Никоном.