В плену Гора

Я задумчиво оттирал ладони, уделяя особенное внимание ногтям, и посматривал на двери дома родителей своего друга, Виктора Старицкого. Такого же, как и я подпола, но, в отличие от меня, он из такой службы, что многие генералы перед ним навытяжку стоят. Руководитель УСБ ФСБ по региону, это вам не простой начальник оперативного отдела МВД. Тут другие механизмы.

Друг рванул выяснять отношения с отцом, на минуточку, генералом ФСБ, так что я представлял степень накала беседы.

И прикидывал, на полном серьезе между прочим, что, в случае чего, делать с трупом.

Неизвестно, чьим, правда… Потому что Евгений Петрович, отец Вика, тоже на редкость крут. Нашла у них коса на камень. Оба с дурными упертыми характерами, оба с амбициями и стремлением к доминированию.

Меня иногда эта черта в характере Вика подбешивала. Но не сильно. Научился сдерживаться. С моим дерьмовым нравом больше ничего другого не оставалось.

Или учиться сдерживаться… Или не сдерживаться. И тогда жить в другом месте, с казенной едой и четкими планами на завтрашний и последующие дни.

Это я просек еще по молодости, когда всякую дрянь творил.

И начал за собой следить. Осознанно.

Конечно, пару раз срывало, куда же без этого…

Последний такой срыв как раз перед разводом произошел. Собственно, потому развод и случился.

Как следствие.

Ну да ладно.

Телефон зазвонил как раз, когда я убирал кожаные перчатки в специальный пакет, чтоб потом утилизировать.

Конечно, непорядок, надо бы сразу, но сразу мы не смогли.

Только завершили разбираться с прокурорским сынком, ехали как раз чиститься и все прибирать, как позвонила сначала девочка Виктора, от одного воспоминания о которой он сразу терял контроль, и мы сорвались к ней.

А потом, уже в дороге, ему еще позвонили.

И сообщили, что его девочка арестована по приказу его же отца.

И надо было видеть эти белые выцветшие глаза.

Естественно, меня никто в подробности не посвятил, но мне и не надо. Достаточно знать, что сейчас там, в доме родителей моего приятеля, дико напряженно.

И готовиться страховать в случае чего.

И вот теперь я спокойно собирал все улики, которые могли бы нас связать с неприятной историей, в которую влетел прокурорский сынок, Валера Росянский. Тот еще маньяк.

Конечно, надо бы здесь все делать в рамках закона, но… За столько лет службы в полиции я насмотрелся на дикость и бред, творящиеся как раз в рамках закона. А еще не сосчитать разваленных бабками дел, когда потом те твари, которых ты с поличным брал, при встрече с тобой на улице нагло скалятся в лицо.

Любое терпение подходит к концу.

Вон, хотя бы у жены моей бывшей спросите.

Валера Росянский реально перешел все границы дозволенного. Я охотно поверю, что он был не в курсе, чью дочь и сестру пытался поиметь, но это вообще не извиняет.