Аруна – 3. Сульёпган. Возрождение орков

"Айлин Лин

Аруна – 3. Сульёпган. Возрождение орков

Глава 1

Как же меня бесит местное аристократическое сообщество!

А особенно те, кто заявился в академию, стоило наступить осени.

Гордые, знающие себе цену, носы задраны чуть ли не к самому небу, в стремлении, по всей видимости, его пропороть.

А позади детишек сиятельных лордов тащились студенты-слуги, кои им были нужны для выполнения различных поручений. Мерзко, низко, просто отвратительно видеть отношение богачей с ""голубой"" кровью к тем, кто родился в семьях попроще и победнее.

Пот градом тёк по моему лицу, дыхание со свистом вырывалось из груди, но я терпела. Ещё немного: сорок девять… иии пятьдесят! На большее меня не хватило. Дурацкая Арена!

Я рухнула на живот и с трудом, сцепив зубы, перевернулась на спину.

Мой взгляд устремился к синему небу с редкими белыми облачками. Злость на студиозусов второго и третьего курсов клокотала в груди. Я за справедливость, а ей и не пахло. Но пойти против системы одной, значит, заведомо ей проиграть.

У меня будет совсем иное государство. Я постараюсь, чтобы орки и другие нелюди жили дружно и в полном достатке. Утопия, наверное, но я мечтательница.

– Аруна, – рядом лежала Кэри, которая смогла отжаться раз двадцать и силы её покинули, – ты чудовище.

– Ммм? – промычала я, во рту была пустыня, мне было фигово и говорить не хотелось.

– Вот как так, ты худенькая, а отжимаешься больше мальчишек, – пробурчала она, принимая сидячее положение. Дыхание у неё уже выровнялось, цвет лица стал почти нормальным.

– Я знаю то, чего не знают они. И ты тоже, – лукаво ответила я, потянулась в сторону, куда бросила фляжку и медленно села, чтобы утолить жажду. Кэролайн понятливо кивнула, и ничего спрашивать не стала, пока не стала.

– Ларер Хансен с каждым разом лютует всё сильнее.

– Угу, вот кто чудовище, – пробормотала я под нос и, закупорив горлышко сосуда, медленно, едва слышно, как старушка, покряхтывая, встала на ноги. – Ты Хеидрун не видела? – спросила я, оглядываясь.

– Она давно сдалась, и профессор её отпустил. На ней лица не было, точнее, оно было синим от перенапряжения и её тошнило. Кажется, она ушла в лазарет.

– И мне ничего не сказала, – вздохнула я.

– Так ты была на брусьях, а там ведь ничего не слышно, – добавила Грай, подходя к нам, сзади плелась, выжатая, как лимон, Берит. Сёстры Барнесс выглядели в целом неплохо, но всё же похуже нас: помятые лица, пыльная форма, растрёпанные волосы.

– На сегодня все свободны! – раздался зычный голос граха Хансена и народ, одновременно облегчённо выдохнув, поплёлся в сторону выхода.

– Ведро, я сегодня выпью ведро настойки с кариллой! – простонала Берит, до этого молчавшая. Она шла, прихрамывая на левую ногу, а в прорехе на её штанах я заметила ободранную до крови кожу колена.