Беременна от олигарха

Это гинеколог Леи, которая скрыла от меня беременность моей женщины.

Чего ещё она ожидала? Конечно, такие люди не должны работать там, где меня обслуживают.

– Из-за таких как Вы, – продолжает она также зло, – рушатся жизни. Вы портите жизнь молодым девчонкам ради своих мимолётных прихотей. Сколько я перевидала таких за свою практику! Но Вам все мало! Нашли уже очередную жертву?

Я пока не очень понимаю сути ее обвинений, но догадки, которые проскальзывают в мозгу, меня радуют.

– Что Вы такое говорите? – спрашиваю. – Кому я испортил жизнь?

– Я говорю о Лее. Или Вы уже и не помните ее?

Вздорная баба! Да, не проходит ни минуты, чтобы я не подумал о моей девочке! Но плевать на мнение этой тетки.

Важнее другое.

– Где она? Вы ее видели? – хватаю женщину за плечи.

Она испуганно смотрит на меня. И молчит. Убивает меня своим молчанием.

– Отвечайте! – требую.

ГЛАВА 93. Егор

– Что Вы себе позволяете? – возмущается доктор. – Я не Ваша подстилка, чтобы так ко мне обращаться.

Серый берет меня за рукав.

– Гром, успокойся. Ты пугаешь врача. Давай спокойно все расспросим.

Отпускаю плечи женщины. Она поправляет халат, окидывает меня крайне недоброжелательным взглядом и бурчит:

– О чем расспросим? Я не имею права раскрывать информацию чужим людям.

А Вы, – она кивает в мою сторону, – чужой человек этому ребенку. Может, так даже и лучше для него. Сомневаюсь, что Вы воспитаете из него человека.

– Он здесь? – рычу я и хочу схватить ее, чтобы, если надо, силой выдавить из нее нужную мне информацию.

Но Серый останавливает меня. Встаёт между нами и обращается к ней куда более спокойным тоном.

– Как Вас зовут? Извините, мы сразу не поинтересовались. Вы поймёте наше состояние.

Я надеюсь.

– Ксения Игоревна, – отвечает уже хотя бы без агрессии.

– Понимаете, Ксения Игоревна, – говорит Серый, – сыну Егора угрожает опасность. Как и его матери. Именно поэтому мы здесь.

Она с недоверием смотрит на нас. Переводит взгляд с меня на Серого и обратно.

– Вы видели Лею? – спрашивает Серый.

Ксения Игоревна молча кивает.

– Когда?

– Сегодня. Она приходила прощаться с сыном.

Чувствую, как холод проходит по позвоночнику.

– Она одна была?

– Нет. С мужчинами. Я так поняла, что они от Вас.

Она опять кивает на меня.

– Она что-то сказала Вам? – продолжает Серый.

Пожалуй, он – единственный, кто может мыслить здраво в этих обстоятельствах.

– Нет, ничего. Она лишь плакала.

Доктор уже отвечает более благосклонно. Видимо, и до нее доходит правдивость наших слов.

Она все чаще смотрит на меня. И я решаюсь сам спросить то, что волнует меня больше всего.

– Мой сын здесь?

Она молчит. Долго не отвечает. Эти секунды тянутся вечность. Опять чувствую, как злость накрывает меня. Но понимаю, что должен сдержаться. Нет. Нельзя.