Безумно влюблен (СИ)

– Вот! Смотри! Сто мужиков у меня в ванной! – продолжала язвить девушка и продемонстрировала пустую душевую кабинку. – Налюбовался?!

Лада развернула телефон экраном на себя и посмотрела на Тима. Архипов ехал в машине на заднем пассажирском месте. Ладе хотелось спросить, куда и зачем он едет. И даже не из любопытства, а просто, чтобы послушать любимый голос. И она успокоится. А вместо этого Архипов ее злит! Она и без того вся на нервах.

– Ты права, малышка. Я дурак, – помолчав, вздохнул Тим."

"Лада фыркнула, отбросила мокрые волосы с лица и принялась их просушивать полотенцем.

– Надень что-нибудь более закрытое, – вновь подал голос Тим, но уже не так резко и ревниво, – там к тебе Шама и Дан приперлись. Уже поднимаются в лифте.

– Я даже не хочу спрашивать, откуда у тебя такие сведения, – все еще с обидой в голосе усмехнулась Широкова.

– Скучаю по тебе, Услада моя, – ласково вдруг заговорил Тим.

– Тогда приезжай, – грустно улыбнулась Лада. – Ты ведь знаешь, я не могу завтра к тебе. У меня выставка.

Тим знал. Они сотню раз об этом говорили. Обсудили. Архипов не мог бросить все дела там, а Лада – здесь. И потому встретиться на этой неделе они не смогут. А ведь Лада уже привыкла, что каждую субботу Тим забирает ее из аэропорта.

В дверь позвонили. Лада поняла, что последние пару минут пристально рассматривала Архипова, любовалась его волевым лицом и темными взором. Зависла, позабыв все свои слова, что хотела ему сказать. Скучала ведь. Наверное, даже еще сильнее, чем Тим скучал.

– Я перезвоню, девочка моя, – наконец, пробормотал Тимофей.

– Лучше я сама, – возразила Лада, – как только мальчишек провожу.

– Мальчишек, угу, – усмехнулся Тимофей, – два здоровенных лба.

– Они для меня всегда будут пацанами, с которыми мы влезали в неприятности в детстве, – рассмеялась Лада и решила, что ей просто необходимо щелкнуть Архипова по. носу. В переносном, разумеется, смысле. Потому Лада позволила полотенцу будто бы случайно развязаться и сползти по ее телу.

На том конце связи Лада четко разобрала свистящий вдох, смешанный с рычанием.

– Не кипятись, милый, – проворковала Лада и послала мужчине воздушный поцелуй, – я ведь только твоя.

Лада прежде не произносила этих слов вот так, на расстоянии. Как правило, эта фраза звучала на ухо, в порыве страсти, когда мозг был полностью отключен, а все тело скручивали волны удовольствия. Однако Широкой становилось все сложнее молчать о своих чувствах. Особенно, когда Тимофей о своей любви к Ладе говорил открыто.

– Не забывай об этом, – вместо прощания рыкнул Архипов и прервал связь.

Хорошо, что разговор завершился. Иначе Лада не ограничилась бы теми словами. Произнесла бы кое-что похуже.

Нетерпеливые гости, кажется, уже начали выносить входную дверь. И Лада решила, что надо ускориться.