Бойся меня
«Пришли мне свое фото. Любую часть тела, какую захочешь. Не обязательно интимную».Я чувствую странное покалывание в животе, и то, как учащается пульс. Нельзя не признать, что виртуальный собеседник меня будоражит. Не слишком долго раздумывая, я вытаскиваю из-под одеяла ступни и направляю на них камеру смартфона. Ответа не приходит в течение минуты, я и начинаю жалеть, что позволила ввязать себя в эту аферу с фотографией.«Я немного загляделся. Получилось интимнее, чем я предполагал. Тридцать седьмой размер, правильно? Я представлял тридцать восьмой».Понятия не имею, как такое возможно, но в этот момент я вдруг отчетливо представляю, с какой интонацией мой собеседник мог бы это произнести: с низкой, чарующе-хриплой.«Ужин сегодня в семь вечера».«Как я тебя узнаю?»«Никак. Тебя узнаю я».
Сегодня Савве не удастся с тем же успехом дергать меня за ниточки.
43
— Спасибо за приятную беседу, Валентина Викторовна, — почти искренне говорю я, прощаясь с именитой собеседницей.
С генеральным директором косметического холдинга «Авалон» я виделась трижды, но такую продолжительную и непринужденную беседу имею впервые. Комарова рассказала мне о скором запуске новой линейки молодежной косметики, похвалила идею сотрудничества с «Аэлитой», слухи о котором уже давно вышли за пределы нашего офиса, и даже поинтересовалась брендом моего платья.
Я, разумеется, безумно польщена, ибо пока не достигла тех карьерных высот, когда комплименты от гиганта косметической индустрии, коей является Комарова, принимаются как должное. Ощущать себя целиком удовлетворенной мешает лишь его присутствие. Я ни разу не бросила взгляд на ту половину зала, куда после вежливых приветствий ретировался Андреев, но ни на секунду не перестаю чувствовать на себе внимание Саввы.
Увы, с уходом Комаровой у меня больше нет повода оставлять генерального без пары, и нужно идти к их столу. Будет странно, если наш рабочий тандем распадется посреди мероприятия.
Мое тело как два враждующих лагеря: одна часть протестует каждому шагу, приближающему меня к хозяину вечера, а вторая, напротив, подгоняет, ведомая потребностью услышать слова, адресованные им лично мне и хотя бы ненадолго зажечься той химией, которая по-прежнему существует между нами. Я снова хочу ощутить себя особенной.
— А вот и Мирра Георгиевна вернулась, — басит Андреев, расплываясь в добродушной улыбке. — А мы тут с Саввой Вениаминовичем как раз твой последний проект обсуждали."
"Я безучастно смотрю, как он выдвигает для меня стул и механическим кивком головы приветствую присутствующих за столом. Савва сидит не один. С девушкой. Ее плечо прижато к его пиджаку, взгляд сосредоточен на нем, улыбка на глянцевых губах играет лишь для него. У меня нет комплексов по поводу собственной внешности, но сейчас я готова признать, что блондинка напротив играет лигой выше. Она являет собой золотой стандарт красоты современного инстаграма: тонкие длинные руки, осиная талия, переходящая в соблазнительный изгиб бедер, большая круглая грудь и идеальное в мелочах лицо: точеный нос, лаковая кожа, миндалевидный разрез глаз, выразительные скулы, губы пухлые, но без излишеств. Уверена, загляни я под стол — обнаружу там идеальные модельные ноги.
— Отлично, — максимум изобретальности, на которую я сейчас способна.
Где здесь алкоголь? Мне нужно занять чем-то глаза и руки, лишь бы не смотреть, как эта холеная барби наклоняется к уху Саввы и что-то в него говорит.
















