Большой секрет Анаит

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍ Дима, конечно, подозревал, что Ани без одежды супер. Но чтоб до такой степени…

Казалось, ее талию можно было обхватить пальцами. А ноги-то какие длинные и стройные, несмотря на маленький рост. Грудь… Дима готов был встать перед этой грудью на колени и целовать, целовать, целовать.

Словом, не сдержался.

Пока Ани накидывала на плечи его рубашку, за пару шагов преодолел разделяющее их расстояние и сжал в объятиях.

Да, виноват, напал на девчонку с поцелуями. Сладкими, нежными, разными.

Никогда в жизни не целовался так откровенно и без оглядки.

Сразу почувствовал, как Ани уперлась ладонями ему в грудь, пыталась отпихнуть. Но разве можно отпихнуть бетонную стену? Дима не позволил ей это, только крепче прижал. Очень скоро добился от нее ответного поцелуя, а потом почувствовал, как девичьи руки обвили его шею.

Ани прижалась к нему всем телом. И не просто прижалась, а сделала это как-то… доверчиво, что ли? Так к тебе прижимается котенок, когда просит ласки.

Ани-котенок… Это прозвище ей подходило.

Самая нежная и трогательная из всех девушек, с которыми он имел дело. Самая необыкновенная. А других ему и не надо!

Он целовал ее самозабвенно, ласкал губами губы, исследовал языком ее сладкий рот, прижимал к себе, как в последний раз. Но этого ему показалось мало. Хотелось большего, хотелось прямого контакта, чтобы кожа к коже.

Съесть ее хотелось, если уж совсем честно. Ани будто вся была сделана из белого шоколада, такой она казалась ему вкусной.

Оторвавшись от губ Ани, Дима начал целовать ее щеки, шею. Сорвал с нее рубашку, отбросил куда-то в сторону и принялся ласкать губами плечи, открытую зону груди.

Ани шумно дышала, легко постанывала, гладила его голову, плечи.

И почему-то не сопротивлялась.

Должна бы, но не сопротивлялась."

"По ее легким стонам Дима сообразил — ей так же приятно, как и ему, а может быть еще приятнее. И это окончательно сорвало ему крышу.

— Иди сюда… — шепнул он.

Подхватил ее под попку и усадил на стол. Устроился между ее ног вплотную, стал целовать еще яростнее, прижимать еще крепче.

Она просила:

— Дима, не надо…

Но не отталкивала, наоборот — сильнее прижималась.

Очень скоро остатки одежды полетели в разные стороны.

Там все и случилось.

Самые волшебные минуты в его жизни произошли у обтянутого прозрачной клеенкой стола. Предложите ему все деньги мира, даже на них не променял бы то, что испытал, владея Ани. Окончательно одурел от осознания, что он у нее первый.

В те самые минуты Диме открылась мудрость вселенной, а также секрет счастья.