Боссов сын, или Я принимаю бой!

 – Я-то все правильно говорила. Это не скандал был, Евгений Михайлович, я таким образом Стасу предлагала объяснить, что такое курсив…

– Он знает, что такое курсив! – рявкнул начальник. – Понятия не имею, зачем этот идиот прикидывается идиотом, но в твои обязанности не входит всякий раз называть его идиотом! Для этого есть я!

Судя по интонации, он даже сокращения штата дожидаться не станет. Интересно, а в «Рек-про» меня примут уже не в качестве шпиона? И зря он намекает – я на его место и не стремлюсь. Пока он на пенсию не уйдет, конечно… А начальник слишком остро воспринял наш конфликт:

– Я-то придумал себе, что принимаю в отдел только взрослых людей! Но эти драки в песочнице не прекращаются! Мне вас от коллектива изолировать, чтобы работать другим не мешали?!

– Евгений Михайлович, – вмешалась добрая Ольга.

 – Да они почти и не ругаются в последнее время. Иногда рецидивы включаются, но нам нормально, даже весело!

– Весело, весело! – подтвердили почти все девчонки, одна Веста промолчала – она к нашим перепалкам всегда относилась не так позитивно, как остальные.

Настя от монитора все еще не отвлекалась, как всегда с головой погруженная в детальную прорисовку:

– Мы вообще поначалу ждали, когда они встречаться начнут… Но то Машенька, то Ванечка, а потом Ванечка в гинекологии то ли с Машенькой, то ли еще с кем…"

"– Настя! – заорала я, перебивая, а сама воззрилась на Ольгу, которая, конечно, добродушная, но язык за зубами держать не умеет.

– Где-где Ванечка? – обрадовался Стас.

Ольга виноватилась еще более громким криком:

– Да речь вообще не об этом! Веста, ну скажи хоть что-нибудь!

– А что мне сказать? – у той явно не было настроения участвовать в моей защите.

 – Мне тоже кажется, что Полина постоянно к Стасу придирается.

– Да не придирается она ко мне! – Стрельцов задал совсем уж громкий тон общего разговора. – Какой мы вместе проект забубенили, помните? И после того почти даже не ругались! У нас просто временный откат случился!

– Так это потому, что я тогда почти все сделала сама!

– А я разве другое сказал?! Мы не ругаемся, только когда ты за нас обоих работаешь!

Евгений Михайлович еще раз треснул по столу, на этот раз кулаком, и завопил на немыслимой ноте, которую прежде не брал:

– Прекратите этот бардак! – дождался гробовой тишины и прищурился, а голос сбавил до бархатной нежности: – Все за работу.

А Стасу с Полиной я дам самое жуткое наказание: давайте-ка, ребятки, снова сотрудничайте. Сначала каталог закончите, потом баннер. Вместе. И если в процессе вы все-таки придушите друг друга, так избавите меня от необходимости обоих увольнять.

Стас как-то слишком резко подскочил, схватил свой стул, папки и направился ко мне.