Букет прекрасных дам

В ее лице ничто не дрогнуло, но в глазах запрыгали бесенята.

– По-моему, замечательно, – констатировала она.

– Кажется, свитер длинноват, – пробормотал я, – и брюки не того…

– Что вы, мужчина, – хором сказали продавщицы, – так носят, самый накат, если короче штаны натянуть, отстой получится.

Я вспомнил, как где-то в конце семидесятых упрашивал Николетту купить мне брюки с многосантиметровым клешем, и ничего не сказал. Мода дело хитрое, придется поверить торговкам, они в этом вопросе разбираются лучше меня.

Внезапно в сердце вновь вползла грусть. А в чем я хорошо разбираюсь? В поэзии Серебряного века? Живу, словно в консервной банке, существую в замкнутом мирке, хожу, как старая кляча по одному кругу. Хотя, если признаться честно, я сильно изменился за последнее время и, как ни странно, стал выглядеть моложе. Во всяком случае, сейчас из зеркала на меня смотрел парень, правда, отвратительно принаряженный, но по виду никак не сорокалетний. Максимум, что можно дать молодцу, тридцатник. Может, явиться в таком виде к Николетте на файф-о-клок и заверить всех, что теперь так положено наряжаться в высшем свете, ну… в Испании, например? А что? Неплохая идея. Милые дамы будут изумительно смотреться в косухах.

– Замечательно, – повторила Люси, – только чего-то не хватает.

– Во, – сказала одна продавщица, – оденьте.

Я посмотрел на крохотную сережку и ответил:

– Но у меня уши не проколоты.

– Так это клипса, – сообщила она и ловко защелкнула ее на моей мочке.

– Да, – удовлетворительно протянула Люси, – вот теперь великолепно.

– Суперски, – взвизгнула продавщица, – с таким фрэндом я бы хоть куда пошла, такой модный, такой прикинутый, ну слов нет. Девки бы попадали от зависти, все при нем, косуха, гриндерсы, ну кентово, лососевый парень!

– Хорошо, – кивнула Люси, – теперь я.

Она ушла в кабинку, и девчонки стали охапками таскать туда вешалки со шмотками. Процесс грозил затянуться. Я уселся на стульчик возле обувного отдела.

– Слышь, фрэнд, – раздалось над головой.

Я повернулся. Юноша лет пятнадцати спросил:

– Посмолить не дашь? Без капусты остался.

– Что?

– Ну закурить дай.

Я вытащил «Мальборо».

– Угощайтесь.

– Парочку стрельну?

– Конечно.

– Ну ты центровой, – вздохнул парень, – прям набитый икрой.

Он вытащил две сигареты и начал бродить по магазину. Пару минут я следил за ним, одетым в старенькую, добела вытертую куртку. Честно говоря, я не слишком понял сказанную им напоследок фразу. Юноша поругал меня или похвалил? Радует лишь одно, он принял меня за своего, вот она, великая сила одежды. Впрочем, сия мудрость была известна издавна, вспомним хотя бы русские пословицы и поговорки: «одень пенек, станет как майский денек»; «по одежке встречают, а по уму провожают», нет, последнее явно не то.