Букет прекрасных дам

– В рубашке родился, – повторял милиционер, – ты, парень, завтра в церковь ступай.

– Зачем? – клацал я зубами, ощущая нервную дрожь во всем теле.

– Свечки поставь.

– Неверующий я, к сожалению.

– Это тебе господь знак послал, – продолжал гибэдэдэшник, – по всем законам ты уже покойник, но беду отвел бог. Небось весть тебе подает.

– Какую? – совершенно обалдел я, наблюдая, как другие сотрудники милиции меряют тормозной путь.

– Вот уж этого не знаю, – развел руками собеседник, – видать, дела у тебя есть еще на этом свете неоконченные, если на земле оставили. Мой совет: сходи в церковь.

Я вспомнил клятву, данную на Библии, свою мольбу, только что в отчаянии вознесенную к небесам, и пробормотал:

– Кажется, мне придется работать Арчи у Ниро Вульфа.

– Кем? – не понял мент.

– Да так, – я пришел в себя окончательно, – болтаю от шока всякую ерунду."

"– Ты еще молодец, – одобрил патрульный, – хорошо держишься, другой бы давно обосрался.

В десять утра я, вооруженный свитером и фотографией, начал обходить торговые точки. Так как в них сидят в основном женщины, я придумал красивую байку. Моя любимая девушка ушла из дома, не оставив адреса. Вот и показываю ее одежду и снимок людям, может, кто видел красавицу…

При более детальном рассмотрении версия не выдерживала никакой критики, но это было единственное, что пришло в мою, не склонную к фантазиям голову. Но продавщицы проникались трогательностью момента и старательно морщили лбы.

– Нет, не помним.

– А кофточку не у вас купили? – не успокаивался я.

– Нет, такими не торговали.

Так или примерно так отвечали везде. Устав, словно ездовая собака, я около пяти вечера позвонил в квартиру Люси. Ее маменька, кокетливо велевшая: «Дружочек, зови меня просто Розой», – промурыжила меня почти час, выясняя всякие детали.

Сколько раз был женат? Имею ли детей? Много ли у меня родственников? Слыша каждый раз «нет», она становилась все любезней и любезней и в конце концов превратилась в халву, глазированную шоколадом.

Потом наконец-то появилась Люси, выглядевшая ужасно в ярко-красном платье с темно-синим поясом на том месте, где у некоторых людей бывает талия.

Маменька проводила нас до машины и даже помахала вслед рукой.

– Спасибо, – сказала Люси, когда фигура ее мамы пропала из виду.

– Куда теперь?

– Сиреневый бульвар, двадцать три.

Я покорно покатил в сторону Измайлова. У подъезда Люси попросила:

– Иван, концерт в консерватории заканчивается полдесятого. Не могли бы вы где-то в двадцать один сорок позвонить моей маме и сказать, что мы еще сходим в кафе?

– Вдруг она попросит вас?

– Сразу отсоединяйтесь, мать тогда наберет мой мобильный.

Вот оно, главное преимущество сотового, когда вам звонят на стационарный аппарат, всегда понятно, где вы находитесь.