Бывшие. Я тебя верну!

– Алло, здравствуйте, можно записаться на прием к Митрохину Алексею Владленовичу? – Я позвонила в медицинский центр, где наблюдалась весь последний год.

– Алексей Владленович будет в понедельник. Записать вас?

Хотелось бы пораньше, но ему я доверяла. В том числе относительно конфиденциальности, чтобы ни решила. Нет, аборт не рассматривала. Мы слишком долго шли к этому. Но нас с Ромой как таковых больше нет. Как муж и жена мы перестали существовать, когда перешагнул через мои чувства и веру в него самого. Но мы всегда будем родителями. У нас есть Ева.

Возможно, не только она. И как с этим быть – я не знала. Готова ли рожать уже разведенной женщиной? Отпустит ли меня Рома? Он ведь такой ответственный. Своих не бросает. Хорошее ведь качество, только почему мне от этого сейчас так плохо? Потому что вранье отравляло все, даже самое доброе и светлое.

Я сгребла тесты и спрятала подальше, чтобы никто. Это моя тайна. Пока. Схожу в аптеку. Куплю еще парочку. На всякий случай. Накинула шубу на плечи, спустилась, прошмыгнуть по-тихому хотела. Почему-то казалось, что каждый, кого встречу, поймет, что со мной.

– Наташа! – конечно, останешься здесь незамеченной! Демьянов когда не надо прямо вездесущий. И жуткий наглец вдобавок! Я действительно слегка переключилась, заболтавшись с Ником. Так ни о чем. С ним было комфортно. Но Рома не смог долго оставаться в тени. Вышел на бис! Даже не пытался скрыть ревность и агрессию, только в особо извращенной форме. Третий класс вторая четверть называется.

У меня сил не было даже выговаривать ему. Его ребячество казалось сущей мелочью, а вот объятия, проникновенный шепот, жаркий, искренний…

– Сделаю все, что скажешь.

Всегда любить буду, о чем бы ни попросила…

Чего он ждет от меня? Чего хочет? Чтобы я приняла решение за него? Забудь этого мальчика, выкинь из жизни – об этом я должна попросить? Взять на себя ответственность и жить с этим. Нет. Любое решение относительно этого ребенка Рома должен принимать сам! Время, когда мы бы делали это вместе, упущено. Я отвечаю только за своих детей!

Захотелось прикоснуться к плоскому животу. Неужели, правда? Почему тогда ничего не чувствую: ни волшебства, ни трепета, да хотя бы тошноты!

После ухода Ромы, позвонил Ник.

Буквально сразу.

– Ты как, Наташ? Все хорошо.

– Да, – устало в кресло упала. – Извини, пожалуйста, за Демьянова. Он ревнует к тебе.

– Я понял уже. Мы, оказывается, даже живем в одном подъезде, – тихо рассмеялся.

– Надеюсь, вы не… – нахмурилась, вспомнив ожесточенную драку с Артемом.

– Нет. Мы по-джентльменски обменялись ментальными пинками.

– Ну хоть не реальными.

– Говоришь, ревнует муж?

– А-аа… – смутилась я.