Бывшие. Я тебя верну!

– Тебя денег лишили?

Я Рому знала: он перфекционист, ответственный и совестливый. Не бросил бы ребенка. Деньги для него самое простое и самое меньшее. Для меня тоже далеко не главное. Он – главное. Рома. Мой муж. Его внимание. Нежность. Страсть. Любовь. Он это у нас забирал, когда к ним ездил.

– Разве я обкрадывала вас? Вы ни в чем не нуждались. Как и ваша дочка.

– Не все измеряется деньгами.

– Вы тоже мать! Вы должны понять меня!

– Я никому ничего не должна, – бросила и принялась за свое карпаччо. – Если это все, свободна.

– А ты характерная стерва, – неожиданно прошипела, растеряв налет неутешной мамочки.

 – Не думала, что Роме нравятся такие… – задумалась над чем-то.

– А ты безмозглую овцу для него играла? – иронично уточнила и демонстративно губки надула да глазками похлопала, пародируя ее. – Демьянов перерос дев в беде.

– Уверена? – снова надела маску невинной и обездоленной и схватила мой кофе.

– Ты больная! – воскликнула, когда она плеснула им на себя и зарыдала в голос. Через десять секунд я поняла, для кого представление.

– Какого черта здесь происходит? – хмуро прорычал Демьянов, оглядывая нас: и меня, и ее.

– Ромочка, прости! – вскочила Юля. – Я просто хотела извиниться перед твоей женой. Рассказать, какой ты хороший, а она набросились на меня. Горячим кофе облила, угрожала Ванюше… – слезы из глаз брызнули прямо натурально. Юля эта еще и на руке Демьянова повисла.

– Браво! – я восхищенно хлопнула в ладоши. Но во рту разливался приторный вкус тлена. Меня сейчас стошнит от горького разочарования. – Оставляю тебя, Ромочка, с твоей Юлечкой.

– Блядь, – тихо выругался и стряхнул эту пиявку с руки, но я уже убегала. – Наташа, стой.

Прошу! Наташа!

– Что? – я резко обернулась. – Чего тебе еще? Ты обещал, что этой, – я ткнула ему за спину, – в моей жизни не будет!

– Наташ, давай успокоимся и поговорим…

– О чем?! Ты хотел, чтобы я вот так жила? Этот цирк на постоянке наблюдала?!

– Наташа, успокойся… – Рома встревоженно бросился ко мне, а я только успела ощутить привкус металла во рту, когда сознание помутилось. Дальше ничего.

Глава 39

Роман

– Наташа! – она разом побледнела. Я только руки успел вперед выбросить, чтобы поймать ее. – Аптечку, быстро! – орал я. Не нравятся мне эти обмороки.

В больницу ее и на полное обследование. Наверняка, после случая с мерсом не ходила к врачу. Не проверилась.

– Ой, Рома… – услышал рядом.

Глаза поднял. Я предупреждал.

– Пошла на хуй отсюда, – процедил сквозь зубы и жену на диван уложил. В ее интересах бежать без оглядки из этого города, а лучше из страны.

Мне дали какую-то ватку. Фу! Я поднес к лицу Наташи. Она застонала и с усилием глаза открыла.

– Что со мной?

– Все нормально. Поехали, – и снова на руки.

– Куда?

– В больницу, Наташа.