В лапах зверя

Голод давным давно утолен, и сейчас время сладкой, медленной любви.

И любопытства.

Столько вчера интересного было. Столько гостей… А ничего толком спросить не удалось, Сандр едва официальную часть церемонии высидел, подождал, пока все поздравили, коротко и по делу, вот что значит, люди конкретные собрались! Переговорил потом с парой самых серьезных гостей, а затем просто подхватил меня на руки и утащил к себе в спальню под напутственные шутки мужчин.

Я только и успела, что мельком попрощаться взглядами с Настей, рядом с которой коршуном весь вечер кружил мой новоиспеченный свекр, ревниво не подпуская никого из властных серьезных мужчин, заполонивших дом, да поймать веселое подмигивание Савы, дурашливо скалящегося на наше отбытие.

А потом было уже не до наблюдений.

Сандр притащил в комнату, с рычанием, реально звериным, уронил на кровать и запустил руки под легкое платье:

— Блять… Без трусов? Блять… А, нет… Есть трусы…

Он тут же ликвидировал это упущение, разодрав нежную тряпочку в клочья, навалился на меня прямо в одежде, дернул молнию на ширинке и закинул мои ноги себе на плечи.

Прямо в обуви.

Вонзился без подготовки, впрочем, она не нужна была! Я и без того настолько повлажнела, что только острый, сводящий с ума кайф испытала от первого же проникновения. Сжала его собой, выгнулась, застонав от облегчения. Он такой красивый был весь вечер, такой брутальный, такой… такой… Много сегодня в этом доме было роскошных мужиков, но мой — самый офигенный!

— Блять… Едва дождался… — рычал Сандр, жестко и сильно вбиваясь в меня, — чуть не охренел… Кто тебе это платье подогнал? Кто этот гад? Пришибу… Нельзя так издеваться…

— Настя… — шептала я, обнимая своего сурового мужчину за шею и притягивая к себе, что жадно куснуть в губы.

— О-о-о… Мать ее… — Сандр наклонился, лизнул шею длинно и будоражаще, — даже не скажешь нихера,.. Отец прибьет… Но она — реально садистка… Что я ей сделал, блять?

Мой муж ругался, что было большой редкостью и говорило о том, что он вообще отпустил тормоза, не сдерживает себя совершенно, и трахал меня с такой силой, что спинка кровати билась о стену. Ритмично и громко, так, что все, наверняка, слышали, что тут происходило.

Мне было плевать категорически в тот момент.

Мне надо было, чтоб он не останавливался.

И он не останавливался.

Мои ступни, обутые в чудесные сандалики, болтало на его плечах, как тряпичные, платье, сминаемое грубыми лапами, превратилось в тряпку, в глазах все плыло, низ живота сводило сладко-больно… И это было самое лучшее переживание в моей жизни! И самое начало нашей безумной брачной ночи, во время которой Сандр оторвался за весь месяц скудного секса.