В лапах зверя

И я смотрю.

Как дура. Таращусь, растерянно приоткрыв рот и вцепившись в каменные перила чуть ли не до боли в ладонях.

Я настолько не ожидала появления здесь постороннего человека, что реагирую глупо и по-детски.

Чуть придя в себя, отпускаю перила и отступаю, медленно перебирая ногами в мягких белых тапочках по плиткам пола.

И никак не могу оторвать взгляда от холодного, равнодушного лица Сандра.

Он стоит, смотрит на меня, вообще никак не показывая своего удивления, или недоумения, или еще какой-то эмоции, вполне логичной, когда выходишь покурить на балкон своего дома и застаешь там постороннего человека.

Сандр не стремится сделать мою жизнь легче, не извиняется, не двигается.

Не уходит.

Словно статуя, холодная. Равнодушная.

И я почему-то ни слова не могу сказать, только позорно отступаю, капитулируя.

Тапки скользят по плиткам, и я, не удержавшись, с печальным писком лечу вниз!

В панике хватаюсь за перила, но промахиваюсь!

Потому что надо же еще и полотенце это чертово удержать! И голову поберечь! Обрадовать затылком каменные плиты — это вообще не хорошо!

Короче говоря, вся моя глупая и такая неожиданно короткая жизнь проносится перед глазами за ту долю секунды, что лечу вниз.

И этой же доли секунды хватает Сандру, чтоб подхватить меня!"

"Как он ухитряется это сделать, я не понимаю сейчас, да и потом, вспоминая произошедшее, тоже буду теряться в догадках.

Но факт остается фактом: только что я летела, вся сжавшись в предчувствии удара о плиты, а теперь вишу в каменных руках, судорожно держась за футболку спасителя.

Он крепко сжимает меня за талию, не позволяя упасть. Кончиками пальцев ног касаюсь холодных плит, тапки мои разлетелись в разные стороны, когда я поскользнулась.

Ступни на весу, потому что Сандр неожиданно невероятно высокий. Нет, я знала, что он здоровенный и высоченный, он же подходил близко во время неприятного знакомства, но как-то не осознавала, что настолько.

Носом я утыкаюсь куда-то в середину груди, прямо в тяжелый крест из белого металла.

И растерянно пытаюсь поймать равновесие, поймать пол под ногами.

Не получается, меня держат на весу! И легко так, без напряжения!

Хотя, напряжение есть. Шея, оказавшаяся прямо перед моими глазами, напряжена. И жесткий, колючий на вид подбородок.

Он смотрит на меня! Так страшно, ужас просто! Дрожь по телу пробивает, и я не могу ее контролировать!

Становится одновременно жарко и холодно, я замираю в жестких тяжелых объятиях, не понимая, что дальше делать.

Он же…

Он же должен отпустить сейчас? Правда?

И полотенце мое… Хорошо, что не развязалось… А вот то, что я так сильно к нему прижата, плохо…

И надо что-то делать…

— Эм-м-м… Спасибо… — голос мой хрипит безбожно, но хотя бы слова разобрать можно.