В лапах зверя

Черт… Ну почему это не может быть просто сном?

Почему я так попала? В чем я виновата? И что делать теперь?

Становится себя ужасно жаль.

И это тоже как-то невероятно глупо и пафосно.

Потому что я продолжаю лежать на груди своего мучителя, он все так же мягко и по-собственнически придерживает меня за голую задницу, пришпиливая к себе, словно мартышку в стволу дерева.

У меня ничего не болит, что странно.

Меня никто не бил.

Мне даже хорошо было… Потом. Не сразу. Но было. Я не совсем уж инфантильная идиотка, чтоб закрывать на это глаза.

И все равно себя ужасно жаль. Так жаль, что слезы текут из глаз. Мгновенно закладывает нос, дышать становится трудно.

Это только в кино девки плачут красиво. Вон, в дорамках, как нежненько и изящно рыдают. А я вечно, как дура, сходу с полным носом соплей и красными вампирскими глазами. Это все от того, что натуральная пепельная блонди. Капилляры близко, кожа прозрачная практически, любой синяк видать.

Вон, Сава прихватил тогда за шею — пятно. А потом на это пятно Сандр возбудился. Да, именно оно его завело, похоже… Зверь дурацкий.

А я сопротивлялась, вообще-то!

Не так, как могла, но все равно же!

Пыталась к разуму воззвать!

А ему похер! И жена — похер!

И все — похер!

Правильно, что она ему рога до самых облаков развешивает!

Так ему и надо!

Лежит тут, дышит.

Спокойный такой, довольный всем!

И пахнет! Приятно! Не может насильник так пахнуть приятно!

И целоваться так, что крышу сносит!

Я не виновата, он сам пришел! И сам все сделал! А я… Я…

Занятая своим горем, я не сразу понимаю, что Сандр уже проснулся.

И гладит меня.

По пояснице, ниже, по заднице.

Сначала одной ладонью, затем подключает вторую.

Осознав, что мой теплый матрас ожил, я испуганно замираю, вытаращившись в пространство перед собой.

В лицо Сандра не смотрю, страшно. И очень сильно надеюсь, что он сейчас прекратит. И уснет.

А я… я смогу свалить, наконец. Пусть не в другую страну, но хотя бы в ванну.

Но Сандр не прекращает, наоборот, его поглаживания уже имеют вполне четкую траекторию движения.

Вниз.

По бедрам.

С заходом между ног.

Осознав, к чему дело идет, я испуганно хлюпаю носом и дергаюсь, пытаясь скатиться с груди Сандра, но меня никто не отпускает, естественно.

— Пу-пу… — заикаюсь я, мир переворачивается, и договариваю я, уже глядя в нависшее надо мной серьезное и внимательное лицо Сандра, — сти-и-и…

Получается что-то невнятное. Шипящее.

Сандр, конечно же, не слушается.

Наклоняется и целует меня. Глубоко, неторопливо, ласково даже.