В лапах зверя

— Полагаю, камеры у вас пишут со звуком?

— Д-да… — булькает растерянно ректор, — но… Все произошло в шумном коридоре… И невозможно будет услышать…

— Не думаю, что для моей службы безопасности подобное будет проблемой, — все так же холодно говорит Сандр, — сейчас сюда поднимется начальник СБ, он решит вопросы по изъятию информации с камер. А также опросит свидетелей. — Тут он снова смотрит на бледнеющего Пашика, — всех. И, если конфликт в самом деле начался по вине моего брата, меры будут приняты. А если нет… То вас ждет судебный иск. Надеюсь, вы понимаете, что сумма компенсации морального вреда будет серьезной.

А также моей компании придется пересмотреть размеры спонсорской помощи университету в этом и последующие годы.

— Э-э-э… Господин Симонов… — ректор бледнеет еще сильнее, чем его племянник, — я думаю, что мы можем решить вопрос, не прибегая к крайним мерам… Прошу в мой кабинет…

Сандр, еще раз осмотрев нашу художественную композицию, шагает в кабинет, заставив замешкавшегося Пашика отшатнуться к стене.

Дверь кабинета захлопывается, и мы втроем оторопело смотрим на темное деревянное полотно.

Затем друг на друга.

Я торопливо отступаю назад и плюхаюсь на диван рядом с расслабленно и нахально развалившимся на нем Савой.

— Ну че, Пашик, — скалится он, — повеслился? Зря ты пасть раскрыл, вот что. Брат не любит, когда пиздят попусту. И когда трогают наше.

Тут он показательно кладет ладонь на мое плечо, притягивает, чуть заваливая к себе.

И я не сопротивляюсь, хотя и напрягаюсь немного.

Сава слишком придурок.

А Сандр слишком зверь.

И, хоть я вообще ни одному из них ничего не обещала и не говорила, но мало ли что может в их головы взбрести?

Пашик переводит взгляд с меня на Саву, поджимает губы:

— Че, Сава, за жопу братишки и папаши прячешься? Может, ты тоже, не мужик, а — сестренка, а?

Сава бросается на него в то же мгновение, я еще даже ощущение тепла от его бока не успеваю потерять, а он уже прижимает обескураженного Пашика к противоположной стене приемной, причем, как-то так прижимает, похоже, на болевой берет, что Пашик только ногами сучит и давится воздухом.

А Сава ему шипит презрительно:

— С тобой разобраться я и без родни могу. А вот ты, сучара, чуть что, сходу к дядьке бежишь жопу лизать.

А ты точно его племянник? Или… “племянник”? Что-то слишком часто он тебя любит… Прикинь, слухи пойдут?

— Аа-а-а… — на одной ноте воет Пашик, но негромко, голоса, похоже, не хватает.

— Еще раз что-то такое вякнешь, и станешь до конца учебы красивого цвета, понял?

— У-у-у-у…

— Ну вот и отлично.

Сава успевает сесть ко мне обратно и положить ладонь на плечо, а я — хлопнуть ресницами, когда дверь открывается, и на пороге появляются Сандр и ректор.

Ректор — в красных пятнах.

Сандр — в том же образе холодного зверя.