Чужая дочь

 – За Новый год, за день грядущий! Давай-давай! Говоров, с тебя тост!

– Давай, батя! – приободрил Костя.

А Михаил словно онемел.

– Давай, пап! – попросила Лиля.

Говоров молчал."

"– Ну давайте я скажу! – воскликнула Маргарита. Голос ее стал серьезным: – Первый тост – за самого близкого и дорогого всем нам советского человека – за великого Сталина!

– Ура! – заорал Костя.

– А теперь я!

Лиля вскочила на стул и выпалила без запинки:

В небе столько звездочекВ светлой синеве,Сколько дум у СталинаВ светлой голове!– Молодец! – заохала Варвара, и Маргарита вторила:

– Молодец!

Все чокались, кричали:

– С Новым годом!

Говоров с трудом сделал глоток и едва не подавился. Поставил бокал, буркнул:

– Извините! – и поспешно вышел.

Маргарита удивленно оглянулась.

Где муж?

И кухарки нет…

Уж не утешать ли ее Говоров отправился?!

Маргарита выскочила из комнаты.

Ее не смутило, что придется подслушать под дверью.

Из-за Тасиной доносилось тихое всхлипывание.

Маргарита криво усмехнулась. Ну поплачь, поплачь… А ведь если сгорит пирог, еще горше заплачешь!

Однако где же Михаил? Никаких больше в комнате посторонних звуков… мужского голоса тоже не слышно.

Стоп, да Говоров же в своем кабинете!

– Миша! – ворвалась в дверь Маргарита. – Ну куда ты пропал?! Перед гостями же неудобно!

И осеклась, увидев, что он складывает в чемоданчик какие-то вещи.

Вот те на… Какая может быть командировка в новогоднюю ночь?!

– Чемодан? – спросила изумленно.

И тут же увидела лицо мужа.

Такая тоска в глазах… Тоска.

И страх.

Маргарите стало не по себе.

– Что происходит?!

– Мне надо уехать, – с запинкой выговорил Михаил. – У Шульгина неприятности.

– Неприятности? – повторила Маргарита, не понимая… Или отказываясь понимать?

– Ну, – пожал плечами Говоров, – назовем это так.

И снова отвернулся к чемодану.

Маргарита как стояла, так и плюхнулась на диван.

– Он что… тоже оказался врагом народа? – пролепетала в ужасе.

– Слушай, не говори чепухи! – рявкнул Говоров.

Впрочем, в глазах его не было злости. Только отчаяние…

Маргарита постаралась взять себя в руки, но не получалось.

– Миша, но ты же… Ты же не делал ничего плохого! – еле выговорила она дрожащим голосом.

Михаил безнадежно усмехнулся. У Маргариты так и хлынули слезы:

– Может, обойдется?

– Да все знают, что я человек Шульгина, – угрюмо ответил Говоров, убирая в чемодан кусок хозяйственного мыла.

Вот интересно, откуда у него в кабинете это грубое, дурно пахнущее мыло?

Да оттуда, вдруг поняла Маргарита, что муж был готов к тому моменту, когда ему вдруг придется спешно укладывать вещи, в страхе и тоске ожидая стука в дверь! Поэтому все было приготовлено заранее.

Он ничего плохого не сделал.