Чужой своим не станет

Вильфрид Штольце понимал, что в случившемся следовало винить только себя самого. Недоглядел! За все, что происходит в группе, виноват лично он. В важных делах мелочей не существует. Но пистолет был небольшой, изготовленный техническим отделом специально для таких операций. Кто бы мог подумать, что этот русский окажется таким глазастым!

Операция, проработанная до мелочей, оказалась под угрозой срыва. Выстрел могли услышать, а тут еще два трупа, их обязательно хватятся! А ведь такая гениальная задумка: пройти через тылы с двумя пленными немцами! Обычно сопровождающих с документами сотрудников военной контрразведки СМЕРШ никто не останавливает.

Прошли уже пятнадцать километров, оставалась какая-то малость, и вот на тебе!

Пистолет прежде лежал в сумке у Феоктистова, и на последнем привале, какой-то километр назад, уверовав, что все самое опасное осталось позади, Штольце решил положить его себе в карман. Вот что значит расслабиться! Надо же было такому случиться! Произошел серьезный прокол в работе. У них в запасе оставалась всего пара часов. После того как найдут убитых, будут развернуты оперативные мероприятия по прочесыванию местности в поисках шпионской группы.

Следовало быть готовым к любому исходу событий.

– Оттащите их отсюда подальше, – приказал Штольце, пряча пистолет за пояс. Похлопал себя по гимнастерке, убедился, что ничто нигде не оттопыривается. – Вот к тем кустам. Набросайте на них лапника побольше. Пусть их как следует поищут! Времени у нас немного, их могут хватиться в любую минуту.

Гауптштурмфюрер Штольце подошел к кустам, в которые провалился красноармеец. Некоторое время он разглядывал его застывший помутневший взор, потом выдернул из горла нож.

Кровь, еще не успевшая свернуться, обильно брызнула на сапог Штольце, крепко запачкав голенище. Сорвав пучок травы, гауптштурмфюрер тщательно вытер сначала кинжал, потом, брезгливо морщась, стер кровь с атласной черной кожи сапога.

Феоктистов с Рыжковым подхватили убитого за ноги и поволокли через кусты глубже в заросли орешника. Другая пара потащила следом младшего сержанта. Его руки, безвольно болтавшиеся, цеплялись за поднявшуюся в рост траву, мешая движению. В какой-то момент убитого тряхнуло на кочке – голова его при этом слегка подпрыгнула.

Штольце даже показалось, что он услышал легкий стон. Подступив ближе, он всмотрелся в лицо младшего сержанта. Никаких признаков жизни. Таких застывших лиц за свою карьеру он насмотрелся вдоволь.

– Веток не жалейте, – напутствовал Штольце и, подхватив сухие сучья, бросил их на убитых. – Завалите основательно, чтобы не сразу нашли.

Подняв валявшиеся на тропе автоматы, гауптштурмфюрер сунул их глубоко в кучу веток.

– А теперь уходим. Двигаемся тем же порядком.