Дар золотому дракону

— А что с той женщиной? — напомнила Лучиелла. — Её ребёночек родился нормальным?

— Не совсем, — усмехнулся Аэглеф. — Он родился человеком. Всё, что было у него от драконов — узкие зрачки. Отец всё равно любил своего, такого странного и неполноценного сына, и смирился с тем, что тот так и останется человеком. Но в возрасте пяти лет мальчик вдруг превратился в дракона, и тогда же в нём проснулась магия.

— Что же тут странного? — удивился Керанир. — Мы все такими рождаемся.

— Мы — да, — усмехнулся рассказчик. — А вот у наших предков дети рождались исключительно из яиц.

И всегда — маленькими дракончиками, умеющими летать и владеющими магией огня с самого рождения. А двуногую форму они обретали лишь став взрослыми. А вот с ребёнком от человеческой женщины всё получилось с точностью до наоборот.

— То есть… мы все… — начал Эйлинод, словно не решаясь озвучить свою мысль.

— Потомки как драконов, так и людей. Причём, человеческой крови в нас намного больше. Вот почему мы рождаемся в человеческой форме, даже те, кто вылупляется из яиц, в ней же проводим большую часть времени, а крылатую используем только для перемещения или работы, требующей физической силы.

Просто мы так привыкли.

— Значит, все древние взяли себе человеческих жён? — уточнил Керанир.

— Да. Альтернативы — то не было, а от этих союзов рождалось вполне жизнеспособное потомство, которое всё же унаследовало от отцов самое главное — способность оборачиваться и летать, а так же магию. Да и в постели с женщинами оказалось очень даже неплохо, хотя поначалу непривычно. Чего ещё было желать?

— А почему непривычно? — спросил Керанир и покраснел.

— Потому что наши предки занимались любовью лишь в крылатой ипостаси.

Делать это в двуногой форме им прежде не доводилось. Но, в общем — то, понравилось, — и он широко улыбнулся.

— А если всё было так замечательно, и всем всё нравилось, то откуда взялось это табу? — снова Керанир. А и правда — откуда? Если всё всех устраивало?

— Да, поначалу нравилось. В течение нескольких поколений нашим предкам приходилось брать в жёны и мужья людей, до тех пор, пока численность населения острова не выросла достаточно, что бы можно было создавать семьи, не боясь слишком уж близкородственных связей.

Но постепенно эта практика сошла на нет, поскольку если был выбор, взять в жёны человечку или драконицу, равную тебе во всём, выбор был в пользу последней. К тому же, у людей такой короткий век…

— И в итоге то, что когда — то драконы вступали в брак с людьми, стало забываться, а потом вообще превратилось в табу, — подхватил Диэглейр. — Неизвестно, кто, когда и почему решил озвучить запрет на само похищение людей, но спустя ещё пару тысяч лет лишь мы, старейшины, знали о том, что подобные союзы в принципе возможны.