Дар золотому дракону

Берег то выдавался в океан острым мысом, то, наоборот, отступал, образуя большие и малые заводи. С одной стороны берег плавно изгибался, с другой был весь словно погрызен. А в целом был похож на неровную, кривобокую каплю, текущую по стеклу. Или по груди старейшины Фолинора. Я сглотнула и заставила себя отвести глаза от этой самой, уже совсем сухой груди, и уткнуться в карту, надеясь, что за обсуждением, где лучше разместить овец, никто не заметит, что я снова на него пялилась."

"Чтобы как-то отвлечься, я встала и, вынув Лани из высокого стульчика, которые для неё и остальных малышей откуда-то принёс Бекилор, понесла её умываться.

Малышка съела вполне достаточно, а остальные пусть сами решают, продолжать им прерванный ужин или нет. А мне еще бельё снять, корову с козой напоить, ребёнка спать уложить. И вообще — лучше бы мне держаться подальше от старейшины, пока он снова рубашку не наденет. Без неё он, конечно, выглядит на загляденье, только не хотелось бы выставить себя дурочкой, которая на голую мужскую грудь глаза лупит. Впрочем, спина у него тоже красивая, особенно когда над столом нагнулся и тянется, что-то показывая на карте.

Лани шлёпнула по воде ладошкой, окатив меня брызгами и заставив повернуться к ней и перестать разглядывать старейшину. Да что со мной такое? Восторгаться мужской спиной — это же ещё глупее, чем пялиться на его грудь. Я зачерпнула холодную воду из жёлоба и быстро умылась. Приходи в себя, Аэтель, а то окружающие заметят и поймут, что приютили дурочку ненормальную. Ещё хорошо, что все так увлечены обсуждением и разглядыванием карты, что на меня и не смотрят.

Вечер тянулся долго, плавно перейдя в ночь. Я перемыла и уложила младших, обиходила скотину, замочила новую стирку и дважды подогрела недоеденный ужин, а мужчины по пятому кругу обсуждали, что ещё можно сделать с тем, что обнаружили.

Когда пошли совсем уж нереальные разговоры, например, что лучше — отлавливать насекомых, чтобы переселить их на другой конец острова и этим привлечь туда птиц, или перенести туда птичьи гнёзда, — я не выдержала.

— Думаю, до завтра ни птицы, ни насекомые никуда не денутся, и даже через неделю будут на том же месте, — заявила я, решительно сворачивая карту. — А вам всё равно ещё остров исследовать, яйца искать.

Лучше кашу доедайте, сколько вы там съели-то, котёнку и то мало было бы. Да спать ложитесь уже, вон, Керанир уснёт сейчас прямо на столе!

И откуда только смелость взялась, папеньке или кому ещё из мужиков наших я бы ни за что так сказать не посмела бы. А вот драконам, как бы заведомо страшным и ужасным — посмела. И как-то даже не подумала, что могу получить подзатыльник за то, что лезу, куда не следует. Потому что точно знала — меня никто и пальцем не тронет. Драконы — они другие. Совсем другие.