Девственница для идеального чудовища

— Женечка, я тебя понимаю, — мягко произнесла она, — вернее, я даже представить не могу, что чувствовала бы, будь Тим в опасности. Но вдруг с тобой там случится беда?!

Женя несколько раз вдохнула.

— Лиз, я уйду в любом случае, — уже без эмоций сказала она.

— Малышка…

Лиза поморщилась словно от боли, задумалась.

— Поедем вместе, — кивнула она.

Глаза Женьки округлились против воли.

— Лиза, нет, — она запротестовала, — ты беременна, я ухожу одна.

Лиза посмотрела ей в лицо.

— Жень, — она говорила серьезно, — я не идиотка и не собираюсь рисковать сыном. Мы поедем на нашей машине с водителем. Если он захочет, сходит с тобой, или я позвоню Тиму. Сама я останусь в авто. Это единственный вариант, при котором я тебя отпускаю. Двери и ворота ты все равно сейчас сама не откроешь, прости, но я отвечаю за тебя перед Филиппом.

Женька напрягла губы — выбора у нее не оставалось.

Глава 21

— Я не буду толкать речь как в американских фильмах, окей? — хмыкнул Зверь, глядя на переодевшегося Фила.

Сам тренер уже прибыл в сером спортивном костюме и чуть стоптанных черных кроссовках. Он стоял у окна и смотрел на моросящий дождь.

— Да уж, пожалуйста, не нужно, — попросил Филипп.

— Ты просто вспомни бои, какие у тебя были, и выжми всю выгоду, — посоветовал Зверь, — и не забывай о своем почерке — четкость, экономия силы, и бережное отношение к вывеске. Уворачивайся от ударов, не подставляйся.

— Есть, сэр, — кивнул с усмешкой Филипп.

Друзья подшучивали друг над другом, и лишь только во взглядах читалось предельное напряжение.

— Я схожу, посмотрю ринг, — сказал после паузы Зверев, — позвони, как придут проверять перчатки.

— Хорошо, — кивнул Фил."

"Он смотрел на черную натуральную кожу главного боксерского атрибута, и в его сознании действительно запрыгали картинки схваток. Борьба за титулы в юности, борьба за деньги позже. Филипп не гнался за наживой любой ценой, но и идейным бессребреником не был. Мужчина понимал, в мире, где царит рынок, иметь хороший доход очень важно. Когда стало понятно, что успех в олимпийском спорте ему не сильно светит, спокойно перешел в разряд профессионалов и выступал, зарабатывая себе на жизнь.

В решении стать коммерческим бойцом немалую роль сыграла и гибель семьи. Фил как будто понял — больше им некому гордиться. Хотя все равно перед каждым боем представлял Лену. В ушах колокольчиком звучало: «Филя, возьми меня с собой на бои!» Впрочем, сегодня мачехи в его сознании не было.

Ему казалось, рядом Женя. Обнимает со спины хрупкими руками, ощупывает пальчиками пресс. Ей нравится очерчивать его мышцы, и каждый раз от этого занятия она начинает тяжело дышать. А вот невинный жест — ее рука на его запястье. Так она держится за него на улице, словно робкий ребенок.