Дикая орхидея прерий

Я старалась быть умеренно строгой матерью, бабушка Анна души не чаяла во внуках и позволяла им все, они буквально садились ей на шею. Дед Фред при мне строжился, но без меня тоже был в руках этих мелких интриганов мягче пластилина. Куда они втроём только не таскались! И на рыбалку, где Томми искупался с головой, но так и не сознались, то строить вигвам в лесу. Дед смастерил им маленькие луки, и я предупредила его, что если он придет домой со стрелой в мм... заднице, то это его личная трагедия. Это после того, как эти двое стрелой разбили глиняный кувшин с молоком. Но вечера были прочно закреплены за мной. Вначале я перечитала им все детские книги, какие нашлись на всей фактории, потом начала вспоминать земные сказки и адаптировать их под местные условия.

Но заметила, что к вечерней сказке в мою комнату приходит и Анна с вязанием, и Фред с вырезаемой из дерева очередной игрушкой. Все слушали сказки.

Меж тем я старалась хоть как-то отплатить этим добрым людям, оказавшимся добрее собственной матери Елены. Они спасли меня в самый тяжёлый момент, приняли меня, как свою дочь, а моих детей как собственных внуков. Я полностью взяла на себя всю бухгалтерию, лавку и склады.

Только в салун меня Фред не пускал, проворчав:

- Нечего девочке смотреть на это безобразие!

Но работа все уменьшалась и уменьшалась. Дело было в том, что по мере выработки ресурсов уходили все дальше рудокопы и лесорубы, оставляя за собой брошенные времянки. Да ещё кто-то ушлый организовал свою небольшую факторию дальше к ним. Товары за счёт дорогой доставки были дороже, чем у Фреда, но людям деваться было некуда. Оставались только окрестные ранчо, но они покупали намного меньше, людей у них было не так и много. Конечно, Картеры ничего мне не говорили, но ведь у меня вся бухгалтерия и я все видела. И надо было как-то выкручиваться. Чем только мы с Анной не занимались! Горячие обеды в салуне, мы увеличили их количество. Потом стали поставлять их и на станцию дилижансов, приезжающие с удовольствием обедали. Даже наш доктор ходил на станцию обедать и брал с собой на ужин или завтрак. Первый раз увидев доктора на станции, я удивилась:

- Энтони, зачем вы здесь обедаете? Здесь ведь дороже, чем в салуне! (смотритель тоже делал свой маленький бизнес).

На что доктор мне с достоинством ответил:"

"- Видите ли, мисс Елена, в салуне стоит открыто спиртное, а здесь его не видно. В салуне боюсь, я не удержусь, сорвусь.

Да, наш доктор почти перестал пить, чем страшно гордился. Да и ещё его предмет гордости вон с визгом носится по лужам. Верно, он гордится тем, что так удачно провел всю мою беременность и принял такие сложные роды и все живы-здоровы.

Глава 15

Я изо всех сил придумывала, на чем бы ещё заработать.