Дискорама

Ну и последний еще два градуса влево, дистанция — две тысячи сто… Не слишком далеко, коллега?

— Нормально, коллега! — прорычал Горский, которому казалось, что его посадили на раскаленную плиту.

— В таком случае начинайте с ближней и без спешки, с расстановочкой, стрелять по всем остальным. Семь раз отмерь, один раз…

«Бум, бум, бум!» — прогрохотала пушка Горского, и он стал целиться в мишень второго рубежа.

— Однако вы торопитесь, коллега…

— Нормально! — прорычал Горский.

— Но вы намеревались получить хороший результат… — напомнил Хольмер, демонстрируя неводимую гостю улыбку.

— В задницу ваш результат! — крикнул тот, и пушка его робота снова застучала.

— И все же я призываю вас к аккуратности в стрельбе, ведь пилотам машин часто приходится действовать в самых сложных условиях, порой с открытыми ранами и ожогами…

— Все! Я отстрелялся по всем мишеням, идемте домой, капитан! — закричал в эфир Горский.

— Согласен с вами, возвращаемся…

— И пришпорьте вашего «гасса», Хольмер, что он у вас едва плетется?!

— Вам это только кажется, капитан, на самом деле мы держим верные двадцать километров в час.

— Ну так давайте ускоримся до тридцати или даже до пятидесяти!

— Но это оптимальная скорость. Зачем гнать машину, если нас никто не преследует?

— Да преследует же, преследует, сволочь ты непонятливая! — завопил Горский. — Меня преследует это жжение в заднице!

— Вообще-то мы стремимся к достоверности, капитан, а у вас не расстреляны триста снарядов к автоматической пушке.

— А это здесь при чем?

— При том, что, возвращаясь домой, капрал Стентон был атакован тройкой наших стритмодулей, ведь они, сверившись с маяком, приняли его за чужого.

— Да у меня уже задница дымится, Хольмер! Гони уже свою скотину во весь опор!

— Я, конечно, ускорюсь, капитан Горский, но хотел бы напомнить, что самому снимать пластырь нельзя…

— Почему?! — взвыл контрразведчик.

— Потому, что он может отойти вместе с кожей. Сержант Брике справится с этим лучше, у него и сноровка, и специальный спрей. В общем, я бы вам не советовал заниматься самолечением…

Какое-то время они двигались, не обмениваясь сообщениями, а потом Хольмер сказал, что по ним проводится воображаемая атака тремя стритмодулями.

— Вам необходимо отбиться, капитан, чтобы все было по-настоящему…

— Да я уже едва соображаю, Хольмер! Я уже не в себе!

— Напомню, капитан, что мы стремимся к достоверности, а на момент нападения стритмодулей на капрала Стентона он находился в полуобморочном состоянии. Об этом свидетельствует доклад лейтенанта Хирша, который первым установил с ним контакт. Так что сейчас самое время.