ДНК для олигарха

И покосившись на узорные витражи, замечаю две знакомые фигурки, спешащие по коридору. Моя новая семья.

Выдвигаюсь навстречу.

«Как хорошо, что удалось раньше разогнать долбаный курятник!» — думаю, распахивая дверь перед женой и дочкой.

— Мы немного опоздали, — с порога сокрушается Кристина. В наивных глазах плещется раскаяние.

— Наоборот, вовремя, — улыбаясь, прикладываюсь губами к виску жены. — Все хорошо, Криста.

— Представляешь, папа! — восклицает Лизавета, входя в столовую. — Люблюська заболела. У нее температура и вайморит…

— Гайморит, наверное, — поправляет мать.

— Нет, — вздыхает Лиза. — Доктор сказал, вай-морит, мама…

Дочка бежит к столу. С любопытством заглядывает в тарелки, только-только выставленные Майком.

— Пирожочки мои! Пирожочки! — восклицает, всплескивая руками. И стащив один с блюда, спрашивает меня  ангельским голосочком. — Папа, а ты любишь пирожки?

— Конечно, малыш, — довольно разглядываю румяную сдобу в маленьких ручках. — Не так сильно, как ты. Но тоже люблю.

И пытаюсь припомнить, когда я в последний раз ел выпечку.

Все дурацкий ЗОЖ! Может, из-за него у меня стал портиться характер?

Помогаю малышке усесться за стол. Затем придвигаю стул ее матери. И сам довольный и счастливый сажусь рядом. Ворошу зелень в тарелке, а сам неожиданно думаю о пирожке.

Может сожрать?

Кристина косится на пиалку, до краев наполненную черной икрой, и не решается намазать себе бутер. Ну что за стеснительность, блин!

Демонстративно мажу маслом чуть поджаренный кусочек бородинского хлеба, а сверху кладу ложку икры.

— Скушай, солнышко, — предлагаю  жене.

— Это мне? — восклицает она удивленно и тут же добавляет поспешно. — Лизе нельзя. Аллергия.

«Какие мы нежные, — усмехаюсь мысленно. А сам во все глаза пялюсь на Кристину. Даже взгляда не могу отвести. Такая красивая, аж внутренности сводит.

Что-то не вяжется у меня в этой картине мира. Отцу всегда нравились разбитные бесстрашные бабы. Напористые и нахальные. Та же Инна, например. А эта тихая, как мышка. Ладно, разберемся. Главное, я — теперь законный муж. Все остальное — мура собачья!

— Нотариус застрял в пробке, — сообщает, входя в столовую, Жека.

— Пусть купит вертолет, — морщусь я.

«Но, может, это и к лучшему, — рассуждаю, решившись наконец съесть пирожок с мясом. — Инне хватит времени успокоиться».

Но что придет в голову этой дряни, я не могу предугадать. Лучше, конечно, подстраховаться.

Покончив с завтраком, провожаю семью в наши апартаменты. Лизавета тут же оккупирует террасу, а Кристина усаживается в кресло рядом. Что-то смотрит в телефоне…

— Кто там? С кем переписываешься? — спрашиваю, чувствуя прилив ревности и злости.