Другая правда. Том 2
50-й, юбилейный роман Александры Марининой.Впервые Анастасия Каменская изучает старое уголовное дело по реальному преступлению. Осужденный по нему до сих пор отбывает наказание в исправительном учреждении.С детства мы привыкли верить, что правда – одна. Она?– как белый камешек в куче черного щебня. Достаточно все перебрать, и обязательно ее найдешь – единственную, неоспоримую, безусловную правду… Но так ли это?Когда-то давно в московской коммуналке совершено жестокое тройное убийство родителей и ребенка. Подозреваемый сам явился с повинной. Его задержали, состоялось следствие и суд.По прошествии двадцати лет старое уголовное дело попадает в руки легендарного оперативника в отставке Анастасии Каменской и молодого журналиста Петра Кравченко. Парень считает, что осужденного подставили, и стремится вывести следователей на чистую воду. Тут-то и выясняется, что каждый в этой истории движим своей правдой, порождающей, в свою очередь, тысячи видов лжи…
– Но этим показаниям не дали хода, потому что Щетинин работал на контору, стучал на своих друзей по отряду, то есть внес определенный вклад в дело разгрома движения. Значит, его труд оценили и в ситуации с убийством Даниловых помогали выскочить, оказывали давление на следствие и суд. Типа «пусть лучше сядет невиновный, но своего человека мы не отдадим». Могло же так быть? Смотрите, как все сходится!
– Могло быть всё, что угодно. Жизнь такая, – философски заметила Настя. – Мы и сейчас-то живем в стране чудес, а уж в девяностые… Ни одна писательская фантазия не породит того, что могло быть и реально бывало в те годы на самом деле.
Посмотрела на часы и поднялась.
– Пора, Петя. Поехали к Игорю, попробуем разобраться с розами.
* * *– Ну ни фига ж себе! – восхищенно присвистнул Петр, оглядывая увешанные постерами стены прихожей и коридора в квартире Игоря Дорошина. – Они же все с автографами, Анастасия Павловна, вы видите? Он что, с ними со всеми знаком?
Настя понизила голос до таинственного шепота:
– Скажу вам больше, Петя: Игорь не просто с ними знаком, он на них деньги зарабатывает. Большие, между прочим.
– Крышует, что ли?
– Песни им сочиняет.
– Да ладно! – не поверил Петр. – А чего вы раньше молчали, не предупредили?
– Времени не было, мы же с вами всю дорогу только о деле говорили. Сокольников – Щетинин, Щетинин – Сокольников…
– Вы где там застряли? – послышался из комнаты голос Игоря. – Проходите сюда, сейчас я позвоню Илоне, предупрежу, что мы поднимаемся к ней. Она двумя этажами выше живет."
"Настя огляделась, ища глазами зеленоглазого Айсора и пару молодоженов-сибиряков.
– А где ваши зверята?
– Я их закрыл от греха подальше, Айсор научил молодых искусству вредить всем незнакомцам, могут и на ботинок гостю напрудить. Всю жизнь мне попадаются кошки, не переносящие чужаков. Я сперва думал, что это планида у меня такая, а потом понял, что они передают опасливость и осторожность от старых к молодым, вроде как опытом делятся. Кто-то из самых первых был сильно напуган, наверное, с ним какой-то чужак плохо обошелся, вот и пошло.
Насте при первом знакомстве очень понравилась Нина, и она надеялась сегодня снова с ней встретиться, но оказалось, что подруга Игоря после циркового представления повезла детей на дачу к их маме, бывшей жене Дорошина.
– Высокие у вас отношения, – хмыкнула Настя, – прямо как в «Покровских воротах».
– Не высокие, а деловые. У новой Юлькиной свекрови китайские хохлатые, целых три души, собирается бридингом заняться, надеется разбогатеть на этом. Ну и дергает Нину по каждому поводу, хочет, чтобы собачки были здоровенькими и активно размножались.
Выходит, бывшая жена Игоря успела выйти замуж во второй раз. А Нина ни словом не обмолвилась об этом.

















