Двери во Тьме

– Фигачь! – скомандовал он. – И закуси.

Водки даже не ощутил, зато услышал, как зубы выстучали дробь по краю кружки. А вот после второй дозы, выпитой почти сразу, уже отпустило. Дрожь исчезла, по телу растеклась волна тепла.

– Всем спасибо, – сказал я и взялся открывать контейнер.

* * *Я читал записи Серых весь путь до Углегорска, затем в машине, потом дома, до середины ночи. Это был просто дневник событий, в который вперемежку записывалось все – теории, описания экспериментов, события. Обе сестры Скляр тоже там упоминались. Похитил их Паша, обеих. Убивал тоже он.

Однако самое главное, то, что Серых сказал Валиеву перед уходом, в записях упомянуто не было. Может, и вправду не было смысла – там же всего несколько слов. Для меня уже ничего непонятного во всем этом не было. И я решился.

На следующий день мы с Федькой загрузились в додж и поехали к Ивану, сидящему на «Ване-комсомольце» задумчиво.

– Черт знает что теперь с Фермой будет, – пояснил он свое настроение.

– Никто не знал, но Ферма останется, инфа из первых рук, – успокоил я его. – И это, Вань…

– Чего?

– Мы записки Серых добыли, – улыбнулся я скромно.

На Ферму Иван вез нас сам, на «шевролете». Ну и там, понятное дело, Милославский пожелал видеть нас немедленно. А потом одного меня уже, приватно.

– Хоть одна хорошая новость, – усмехнулся он, когда мы остались у него в кабинете вдвоем. – А то сократили тут мои полномочия по самое не могу. В курсе уже?

– В курсе, – кивнул я. – Хоть сам все пропьянствовал, даже не знал про переворот.

– Да, пиночеты местные все аккуратно обтяпали, надо отдать должное, – сказал он, рисуя какие-то загогулины на листе бумаги, лежащем перед ним. – Я теперь как в вакууме – никого из тех, на кого я опирался раньше, не осталось. Здесь охраны осталось ровно… для охраны, не больше. Даже телохранителей моих забрали.

– Ну может быть, мы как-то… за счет новостей все компенсируем? – предположил я, глядя куда-то в потолок.

– Будем надеяться, – чуть оживился профессор. – Читали?

– Читал. Далеко не все понял. Кстати, ведь убивать этих сестер было не нужно, так?

– Так, – сказал Милославский. – По моим расчетам, канал открывается на человека… в смысле, на его присутствие, просто в правильном месте. А убивать… да еще возле Тьмы… Серых перепутал знаки, плюс и минус – он пробил себе, как мне кажется, проход во Тьму.

– Туда и дорога, – сказал я.

– Да… наверное. Ладно, я буду работать. Вы… вы отдыхайте. Да, отдыхайте. – Он поднялся из кресла, подошел ко мне и протянул руку. – Теперь я сам найду вас, когда буду готов. У нас осталось всего одно дело. А потом мы будем говорить с новой властью, потому что тогда станем незаменимыми. Годится?"

"– Вполне, – заулыбался я, изо всех сил изображая искреннюю радость.