Двойник короля 13

Изо рта текла пена, смешанная с кровью, — яд повреждал слизистые оболочки. Глаза мутнели и слезились, зрачки то расширялись, то сужались.

— Гаврила Давыдович, — покачал я головой с притворным сожалением. — Знаете, я человек принципиальный и последовательный. У нас с вами был честный деловой договор.

Присел на край стола, чтобы лучше видеть лицо умирающего.

— Вы получали стабильную и хорошую прибыль от сотрудничества со мной, — продолжил спокойно. — Я даже продавал вам кристаллы по льготной цене, ниже рыночной. Эксклюзивные поставки, выгодные условия, долгосрочное партнёрство…

Почесал щёку, где под новой кожей ещё иногда ощущалось покалывание.

— И что получил взамен? — риторически спросил я. — Предательство в самой мерзкой форме.

Булкин пытался что-то сказать, но из горла вырывались только хрипы и стоны.

— Меня бы это, может быть, и расстроило, — продолжил я задумчиво, — если бы не ожидал от вас подобного поступка. Жадность — это ваша главная черта, Гаврила Давыдович.

Встал и прошёлся по кабинету, руки сложил за спиной.

— Но у всего есть разумные рамки, — голос мой стал жёстче. — Вы начали продавать мои зелья туркам в то время, когда я лично с ними воевал! Понимаете всю мерзость ситуации?

Остановился перед корчащимся торговцем.

— Если бы кто-то из военного командования узнал об этом, у меня были бы серьёзнейшие проблемы с трибуналом, — продолжил я. — Торговля с противником во время войны — это государственная измена. За такое расстреливают без долгих разбирательств.

— Про-про-сти… — выдавил Булкин пенящимися губами.

— Девятьсот процентов прибыли, — кивнул я. — Тут я даже хвалю, не продешевили, знали цену моему товару.

Снова присел на край стола.

— Но потом вам и этого стало мало, не так ли? — продолжил я. — Вы продали зелья моим прямым врагам. Тем самым кровяшам, которые убивали людей здесь, на моей собственной земле.

Лицо Булкина приобрело фиолетовый оттенок. Дыхание стало прерывистым и болезненным.

— Ладно, что мы всё о прошлом да о прошлом… — махнул рукой. — Во дворе стоит сотня моих лучших бойцов. Каждый из них прошёл через настоящие сражения, каждый готов умереть по одному лишь приказу.

Подошёл к окну и указал на силуэты, мелькающие в тени деревьев.

— Стоит мне подать один сигнал, и ваш прекрасный особняк вместе со всем, что вы так терпеливо собирали и копили долгие годы, превратится в груду пепла и обгоревших камней."

"— Те-бя… каз-нят! — с огромным трудом выдохнул Булкин, выпучив налившиеся кровью глаза.

— И что с того? — пожал плечами. — Вы же сами, мой дорогой партнёр, только что объяснили, что со мной всё уже решено. Суд предрешён, приговор подписан.

Я вернулся к столу и склонился над умирающим торговцем.

— Так чего мне теперь терять или бояться? — спросил почти ласково.