Ее последний вздох
Дугони превосходно владеет искусством достичь максимального воздействия на читателя.Publishers WeeklyЭто автор как никто другой умеет живописно подать полицейское расследование.Suspense MagazineТрейси Кроссуайт – мощная героиня. Она заставляет буквально жаждать рассказа о новом ее расследовании.Library JournalКниги о Трейси Кроссуайт – пример оглушительного международного успеха, который не утих после первого романа и постоянно сопутствует автору. Благодаря этой серии Роберт Дугони буквально прописался в топ-листах New York Times, Wall Street Journal и Amazon. Ее совокупный тираж составляет 2,5 миллиона экземпляров.Сиэтл и его окрестности давно пользуются дурной славой вотчины маньяков-убийц, «смертоносной земли». И вот появился еще один, получивший кличку Ковбой, – душитель женщин, зарабатывающих на жизнь эротическими танцами и проституцией. Специально для детектива Кроссуайт на полицейском стрельбище оставлен знак в виде «фирменной» петли Ковбоя. Неужели Трейси – его главная цель? Сколько жертв он планирует убить, прежде чем возьмется за нее?
– Почему?
– Потому что в таком случае были бы следы полового акта иного рода, каких-то попыток проникновения в женщину, но ничего такого не было.
– Может быть, он кончает еще во время пытки, – сказала Трейси.
– Вполне возможно, но в отличие от других серийных убийц, которых я изучала, этот никогда не пытается скрыть тело жертвы. Он не забирает у них разрешения на работу или удостоверения личности. Он явно хочет, чтобы все знали, кто были эти жертвы и как они умерли. А это говорит скорее о человеке, который хочет что-то сообщить, и я думаю, его сообщение вот в чем – это не секс, и жертвы – для него вовсе не жертвы; они – дурные люди, заслужившие наказания.
– Так это его мотив? – спросил Кинс.
– Мотивов у него может быть несколько, – ответила Сантос. – Или они могут усложняться с каждым новым убийством.
– А если бы вас попросили высказать свое мнение, – начала Трейси, – как бы вы определили его мотив?
– Он их связывает, – сказала Сантос. – Так, как обычно связывают животных, в том числе свиней. Собственно, изначально именно свиней так и связывали. Я бы сказала, что он испытывает необычайно враждебные чувства именно к этой группе женщин.
– В каком смысле? – не поняла Трейси.
– Теперь этого уже не узнать, – ответила Сантос. – Банди давно казнили.
– Ну хорошо, а что за сценарий у этого парня? – допытывалась Трейси.
– Он интересный тип, – стала объяснять Аманда. – Хотя он и не любит таких женщин, но все же пользуется рогипнолом, чтобы сломить сопротивление жертвы, вместо того чтобы прибегнуть к прямому насилию. О том же говорит сложная система веревок и узлов, сигареты, которые он прикладывает к их подошвам.
– То есть? – продолжала Трейси.
– Он их не трогает. Он их не убивает. Они убивают себя сами.
Кинс поставил на стол кружку с кофе.
– А чем объяснить то, что постели всегда застланы и одежда аккуратно сложена?
– Вот это уже точно ритуал, – подхватила Сантос. – Это обычное задание, которое родители часто дают своим ребятишкам.
Кинс нахмурился."
"– И что, этот парень теперь фантазирует, будто убивает свою мамочку за то, что она заставляла его застилать постель?
Аманда покачала головой.

















