Ее последний вздох
Дугони превосходно владеет искусством достичь максимального воздействия на читателя.Publishers WeeklyЭто автор как никто другой умеет живописно подать полицейское расследование.Suspense MagazineТрейси Кроссуайт – мощная героиня. Она заставляет буквально жаждать рассказа о новом ее расследовании.Library JournalКниги о Трейси Кроссуайт – пример оглушительного международного успеха, который не утих после первого романа и постоянно сопутствует автору. Благодаря этой серии Роберт Дугони буквально прописался в топ-листах New York Times, Wall Street Journal и Amazon. Ее совокупный тираж составляет 2,5 миллиона экземпляров.Сиэтл и его окрестности давно пользуются дурной славой вотчины маньяков-убийц, «смертоносной земли». И вот появился еще один, получивший кличку Ковбой, – душитель женщин, зарабатывающих на жизнь эротическими танцами и проституцией. Специально для детектива Кроссуайт на полицейском стрельбище оставлен знак в виде «фирменной» петли Ковбоя. Неужели Трейси – его главная цель? Сколько жертв он планирует убить, прежде чем возьмется за нее?
– Так вы согласны ответить на мои вопросы?
Герхардт выпрямился и придвинулся ближе к перегородке.
– Только один вопрос и только один ответ имеют значение. – Его брови изогнулись, почти касаясь белесых вихров. – Я ли ее убил? Нет.
Дэн, решив, что начало положено, тут же задал следующий вопрос:
– Вы встречали Бет Стинсон до того, как она вызвала вас к себе домой?
– Нет.
– Что вы можете рассказать о том дне?
– Что вы хотите знать? – вопросом на вопрос ответил Герхардт. – Было время подумать – целых десять лет.
– Все, что вы вспомните.
– У нее засорился слив в туалете. А у меня был еще вызов, до нее, и я задержался там дольше, чем рассчитывал, так что пришел поздно.
– В котором часу?
– Днем, около четырех. Она волновалась, ей надо было на работу, но она боялась, что, пока ее не будет, из унитаза все вылезет и затопит пол в доме. Видимо, такое уже бывало.
– Где вы припарковали ваш фургон?
– На подъездной дорожке. А она поставила свою машину на улице. Та была новая, и она боялась, что я ее поцарапаю. А еще она не хотела, чтобы я загораживал ей выезд.
– Чтобы она могла уехать на работу, как только вы закончите.
– Точно.
– Что еще?
– Она провела меня через дом в ванную…
– В ту, что рядом с главной спальней, в задней части дома?
– Верно.
– Значит, вы проходили через саму спальню.
– А по-другому в ту ванную и не попасть.
– Вы трогали что-нибудь в спальне?
– На суде говорили, что нашли мои отпечатки на комоде, так что, наверное, да.
– И еще ваши отпечатки были повсюду в ванной.
– А как иначе-то?
– Что за женщина была Бет Стинсон?
– В каком смысле?
Дэн задумался, как лучше сформулировать вопрос.
– Какая она была – сдержанная, заносчивая, приветливая, простая?
– Да нормальная такая, знаете.
– Вы прочистили слив?
– Не сразу. Пришлось снова идти в фургон за инструментами и шлангом. Но в конце концов я добрался до засора, только не изнутри, а снаружи дома, через люк.
– А где была Бет Стинсон, пока вы работали?
– В основном сидела на кухне, листала журналы, хотя пару раз пришла спросить, как у меня дела.
– То есть она нервничала, – заключил Дэн.
– Как я и говорил.
– А вы в кухню заходили?
– Один раз – сказать, что засор оказался дальше, чем я думал, и что я попытаюсь достать его снаружи.
Полицейские нашли отпечаток Герхардта на мойке и сделали вывод, что он оставил его, когда пытался отчистить свой след с ее ковра в спальне.
– Где был люк?
– Под домом. – Он умолк, что-то припоминая. – С северной стороны.
То есть с той, которая ближе к дому Андерсон. Значит, Герхардт должен был поворачиваться лицом к Андерсон каждый раз, когда выходил из дверей дома Стинсон.

















