Ее последний вздох
Дугони превосходно владеет искусством достичь максимального воздействия на читателя.Publishers WeeklyЭто автор как никто другой умеет живописно подать полицейское расследование.Suspense MagazineТрейси Кроссуайт – мощная героиня. Она заставляет буквально жаждать рассказа о новом ее расследовании.Library JournalКниги о Трейси Кроссуайт – пример оглушительного международного успеха, который не утих после первого романа и постоянно сопутствует автору. Благодаря этой серии Роберт Дугони буквально прописался в топ-листах New York Times, Wall Street Journal и Amazon. Ее совокупный тираж составляет 2,5 миллиона экземпляров.Сиэтл и его окрестности давно пользуются дурной славой вотчины маньяков-убийц, «смертоносной земли». И вот появился еще один, получивший кличку Ковбой, – душитель женщин, зарабатывающих на жизнь эротическими танцами и проституцией. Специально для детектива Кроссуайт на полицейском стрельбище оставлен знак в виде «фирменной» петли Ковбоя. Неужели Трейси – его главная цель? Сколько жертв он планирует убить, прежде чем возьмется за нее?
– Да? А теперь?
– У меня двое детей. Те дни уже давно прошли. – Он откинулся на спинку сиденья, но тут же снова подался вперед – явно никак не мог найти удобную позу и расслабиться. Его взгляд метнулся к экрану телевизора, скользнул по стойке бара, снова вернулся к ней. Пальцами правой руки он постучал по краю стола. – Извините за такую шифрованную встречу.
– Может быть, вы все же назовете мне ваше имя?
– Кристофер Вуд.
– Давно вы уже в полиции, Кристофер Вуд?
Он резко выдохнул, как будто хотел усмехнуться.
– А вы молодец, быстро меня раскусили.
– При чем тут молодец? Вы звонили по внутреннему номеру. Только тот, кто работает в полицейском управлении, может иметь к нему доступ.
– Полтора года. На Северной территории.
Полицейские Северной территории патрулировали Аврору.
– Расслабьтесь, – сказала Трейси. – Я здесь только для того, чтобы слушать.
Вуд сделал глоток пива.
– Моя жена беременна.
– Поздравляю.
Снова половинка улыбки.
– Спасибо. Она педагог дошкольного образования. Раньше была. Теперь уже перестала. Дешевле, чтобы она сидела дома с детьми, чем платить за места для двоих.
– С деньгами туго. Я понимаю.
– Очень, – сказал Вуд.
– Так поговорите со мной. Почему вы думаете, что взяли не того парня?
Вуд сделал еще глоток пива.
– Я патрулировал в ночную смену, когда убили третью танцовщицу, Веронику Уотсон.
– Ясно.
– Совершал обычный объезд, по Авроре, у Восемьдесят пятой улицы. На том углу как раз мотель, где вы нашли ее тело.
– Верно.
– Я поворачиваю и вижу впереди автомобиль. С включенным стоп-сигналом.
– Который был час?
– От двух до двух тридцати ночи. Примерно тогда, когда, по словам медэкспертов, убили ту танцовщицу.
– Вы остановили ту машину?
Вуд кивнул.
– Я спросил, что он тут делает так поздно. А он сказал, что для него это рано и что он идет на работу с тренировки. Он сильно потел, и на заднем сиденье у него была сумка, большая такая, вроде спортивной. Парень крупный. А еще он сказал, что ему надо на кошачий патруль.
– Что это такое?
– Он сказал, что у его дочки потерялся котик и что она по нему убивается, вот он и решил пойти, развесить листовки.
Трейси посмотрела. Посреди страницы было черно-белое изображение кота.
– Ангус, – прочитала она."
"– Как я и говорил, у меня у самого две дочки. Они бы тоже убивались, потеряйся у них кот. Поэтому я попросил у него объявление и сказал, что буду смотреть в оба. – Вуд ткнул пальцем в адрес под картинкой. – Два дня назад я проезжал в тех местах и вдруг вспомнил про этот адрес. Объявление было со мной.

















