Его маленький чертёнок

Дом изъяли за долги, счета и активы заморозили, женское трио Граф  осталсь ни с чем. Так же, как в свое время, бабушка и дедушка Анфисы. Мировые люди, с которыми я успел лично познакомиться.

Как оказалось, оба они знали об участии их дочери – матери Анфисы – в доле фирмы Графа. Собственно, благодаря Валентине Ветровой этот холдинг и начал свое существование. Но после смерти дочери обоим родителям этот скользкий тип заткнул рты, пригрозив, что если хоть слово ляпнут, то внучку больше не увидят. Чете Ветровых ничего и не оставалось, кроме как молчать, и ждать того момента, когда Граф сам себя переиграет.

А в том, что этот  “недалекого ума Олежа” рано или поздно попадет в собственный капкан, ни бабушка, ни дедушка Анфисы не сомневались.

Жалел ли я Графа и откликалось ли во мне хоть капля совести? Нет. Тем более, после того, как узнал, что эта сволочь умудрился руку поднять на собственную дочь. Как я в тот момент не развернул машину такси и не полетел обратно в аэропорт – загадка. Кулаки чесались. Изнутри подгорало. Остановил только измотанный вид дочери и любимой. Обе уже валились с ног, и только это отрезвило.

А так, сорвись я тогда, и мокрого места бы от гада не осталось… садить бы было некого!

В общем, медленно, но верно, все возвращалось на круги своя. Жизнь начала пестрить и играть новыми яркими красками. Всем недругам их же злодеяния вернулись бумерангом. А мы по-прежнему оставались одной большой и дружной семьей. С каждым новым днем открывая в этом простом, но важном слове для нас троих новый смысл и новые грани.

Глава 26

Анфиса

– Папу-у-уль! Фи-и-иса! Быстлей сюда! – раздался на все два этажа звонкий и требовательный крик Доминики.

Мы с Демьяном переглянулись и рванули с места. Я, на бегу застегивая платье, а муж рубашку, наперегонки слетели по лестнице со второго этажа, где располагались спальни с гардеробными, не сбавляя скорость, влетели на кухню. И...

– Что случилось, принцесса? – выдали синхронно, оглядывая светлую, просторную кухонную зону на предмет (как минимум!) пожара. Или еще чего покруче, например, наводнения, цунами или вторжения инопланетян!

Да вот только нет. Все тихо, мирно, чинно и благородно.

А в центре всего этого безмятежья Доминика в детском фартуке с фламинго и колпаком юного поваренка на голове. Стоит на табуретке и деловито машет венчиком, разбрызгивая остатки теста, летящего во все стороны.

– Доминика? – заломил бровь Демьян. – Что происходит?

Мелочь улыбнулась и выдала, задрав нос-кнопку:

– Я плосто по вам соскучилась!

Нагорный тяжело вздохнул, а я расхохоталась, поправляя выбившийся из прически локон. Проходя к своему маленькому поваренку, поцеловала ту в розовую щечку.