Его другая семья

Тогда ещё Тимофей отнекивался, говоря, что эта коллекция для нас неподъёмна по стоимости, но я видела, как загорелись его глаза. Соловков вообще обожал брендовые шмотки, и я старалась не упустить возможности купить ему что-то люксовое. Дожидалась скидок, выискивала одежду на маркетплейсах. Если не оригинал, так реплики, которые невозможно было отличить от подлинников.

– Карин… А кто это с ним вообще? – спросила Валя, забрав у меня планшет.

Она тоже принялась пересматривать сторис, а я запоздало сообразила задать ответный вопрос:

– А откуда ты вообще это взяла?

Валентина произвела какие-то манипуляции, поводив пальцем по экрану, затем повернула планшет ко мне.

– Вот у этой девочки знакомой нашла. Ну как знакомой – просто я на неё подписана. Она блогер. Я тут пошукала – эта, вторая, которая с Тимофеем, её сестра.

Я снова вцепилась в пластик, всматриваясь в фото девчонки, которую видела впервые. Потом нашла сторис, которая уже казалась выжженной на сетчатке. Перешла по ссылке на страницу той незнакомки, которая была с Тимофеем на видео.

Фотографий было множество. На них Эмма – а именно так звали девицу, которая, видимо, отдыхала с моим мужем на шикарном курорте – то позировала с бокалом, то в неглиже, то с пузиком, на котором была нарисована смешная рожица. И посты были самые противные и приторные на свете.

«Я так жду тебя, малыш…»

«Мы с твоим папочкой будем любить тебя до конца времён».

«Я самая счастливая невеста».

На фото, к которому прилагалась последняя подпись, Эмма была в кожаной куртке и крохотной фате. Он счастливо смеялась, запрокинув голову. Почти так же, как в момент, когда прогуливалась с мужем по берегу океана.

Но, что самое странное, Тимофей «засветился» во всем этом изобилии снимков и роликов лишь один раз. И то видео располагалось на страничке сестры Эммы.

– Что теперь будешь делать? – спросила меня Валя приглушённым голосом.

А что я могла ей ответить? Дождусь мужа, предъявлю ему доказательства его измены, а потом подам на развод? Мне попросту нечего было сказать, кроме этих жутких слов, которые были настолько убийственными, что мне казалось, будто я перестала уметь дышать.

– Я… не знаю, Валь, – ответила, горестно всхлипнув. – Надеюсь только, что это всё какая-то шутка. Может, Тим тайно снимается в рекламных роликах, просто боится мне об этом сказать?

Я нервно хихикнула и в этот момент из глаз брызнули слёзы. Валентина забрала и отложила планшет, протянула мне пачку бумажных платочков.