Эпоха мёртвых. Прорыв

 – Есть ли в ней бандиты? Что делают? А если нет, то как часто появляются? И появляются ли вообще? Деревня-то из глухих.

– Не таких уж и глухих, мы к основной трассе на пятнадцать километров приблизились, – уточнил Василий.

– Все равно. Как бандиты живут, мы уже видели. Теперь хочу выяснить, как обитают местные жители под их властью.

– Это с какой целью? – спросил Шмель.

– С познавательной, сказал же, – отрезал я. – Ладно, всем слушать боевой приказ и ни разу не возражать. Миш, рули во-о-он на тот «язык» леса, сразу после брода. И держись середины того овражка, видишь?

Я указал рукой на заросший травой пологий распадок, достаточной, впрочем, глубины для того, чтобы укрыть корпус бронемашины.

Хотя бы частично.

– По овражку дойдем до той кучки кустов, от них рули правее, въезжай в лес и тормози. Там обсудим, что делать дальше. Сергеич, давай к башенным пулеметам. Если что подозрительное увидишь – долби по нему со всех стволов сразу.

– Вы тоже давайте с брони, – сказал Сергеич. – Когда по овражку поедем, вас издалека видно будет.

Я подумал и полез в люк. Можно было и за башней вытянуться, но придется закрыть люки, и в случае обстрела из стрелкового оружия быстро забраться внутрь уже не получится, все же два люка для такого экипажа – очень мало.

«Бардак» слегка качнулся на подвеске, рыкнул мотором, тронулся с места. Перед бронестеклом в обзорном командирском окне закачался пейзаж, я ухватился за гнутую металлическую ручку. Машина по песчаному, загаженному навозом пляжу скатилась к реке, с шумом врезалась в воду. Шмель включил нижний ряд трансмиссии, звук мотора изменился. Речка была неширокая, метров пятьдесят, не больше, в этом месте, поэтому уже через несколько секунд броневик карабкался на довольно крутой песчаный откос на противоположной стороне.

Пару раз подбуксовав, мощные колеса с большими грунтозацепами вгрызлись в склон, машину вынесло наверх."

"Я старался разглядеть окрестности в командирские приборы наблюдения, но там было тихо. Машина свернула правее, нырнула в ложбину, бывшую некогда или оврагом, или руслом ручья, но теперь расплывшуюся в стороны от времени и заросшую высокой травой. Трава хлестала по наклонному носу, броневик вновь сменил ряд трансмиссии на верхний и уже легко и бодро понесся по естественному укрытию в сторону недалекого леса.

Еще пара минут, и мы вломились в густой подлесок, завиляли между стволов и остановились.

Сергеич, все это время крутивший стволами пулеметной установки, выпрямил ее по оси, и я откинул свой люк. Пока стволы пулеметов не смотрят строго вперед или совсем уж в другую сторону, не знаешь, какой из люков удастся открыть.

– Чего встали? – спросил Васька.

– Отсюда сходим на деревню посмотреть. Собирайся, – скомандовал я.