Эпоха мёртвых. Прорыв

Она, уже привыкшая к походной и боевой жизни, повоевавшая, привыкла все это делать с ним вдвоем. И, оставшись одна, немного растерялась.

Разместились они в бывшем пионерлагере нормально, даже с некоторым комфортом. Машины отогнали в самый дальний конец территории, где и замаскировали, буквально завалив ветками и кустарником поверх масксети. В самом заборе сняли звено, открыв дополнительный выезд. Достаточно чахлый в этом месте подлесок давал возможность рвануть на машинах прямо через лес, описав крюк и выехав обратно на дорогу чуть ближе к Нижнему. В общем, отнорок получился на случай проблем.

Затем Леха, оставшийся за командира, учредил пост дальше по дороге, ведущей к шоссе. С этого места можно было заметить любого постороннего издалека и успеть поднять тревогу, а заодно, случись бой, снайпер мог бы работать по противнику с тыла. И на этот самый пост поочередно ходили или сам Леха, или Маша в сопровождении еще кого-нибудь."

"Татьяне тоже довелось сходить на фишку, причем не один раз. Самыми нервными были ночные дежурства, лес по ночам жил своей непонятной жизнью, издавал звуки, трещал валежником непонятно под чьими шагами.

Дважды объявляли тревогу. Первый раз ложную – на секрет вышел лось. Второй раз не ложную – приплелся непонятно откуда почти неповрежденный мертвяк. Что его занесло в лесную глухомань – непонятно. Татьяна свалила его из автомата с ПБС. Хлопок выстрела ночью прозвучал неожиданно громко, спугнув какую-то птицу, которая сорвалась из кустов, отчаянно хлопая крыльями, а мертвяк упал. Потом, после смены, его оттащили подальше в лес и забросали ветками, все же демаскирующий фактор.

На следующий день труп был изрядно изгрызен. А вот это вызвало немалое беспокойство.

Кто это мог сделать? Есть еще мертвяки поблизости или падальщики взялись за такое дело? И что с ними будет в таком случае? Следы здорово напоминали собачьи. И где теперь эти собаки? И живы ли? И были ли они живыми, когда грызли труп?

Все эти вопросы лишь добавили беспокойства, но ничего больше не случалось. Жизнь в лагере наладилась и текла своим чередом, в котором сон чередовался с работой и службой.

На связь с «заводскими» и ГУЦем вышли, как Серега и требовал. Выехали километров за тридцать на «радиобуханке», в условленное время установили связь.

Изложили все, что должны были изложить, получив в ответ обещание обдумать их предложение. Сестры посменно дежурили по связи, но ловился все больше посторонний и не слишком нужный обмен, а Серега с компанией не проявлялся. Впрочем, так с самого начала и планировалось, больше всего он боялся расшифровать свой рейд перед противником, и сеанс связи мог состояться лишь в том случае, если случилось что-то экстраординарное.

В свободное от нарядов время тоже не бездельничали.