Возвышение Меркурия. Книга 10

А после этой битвы кровавой, больше их стало. Ох, сильно больше. И прежде чем, тебя лечить начнут, ты на них ответишь.

Я удивлённо моргнул. Ты разбиваешь врага, который уже штурмует крепость смертного, а тот в ответ принимается сыпать угрозами. Идеальная благодарность.

Похоже на моём лице что-то отразилось, потому как снова послышался мощный голос Оболенского.

— Смертью тебе никто не грозит, Василий. Его Сиятельство, имеет в виду, что если мы без ответов останемся, то язык за зубами держать не станем. Поведаем всем — от Рюриковичей, до иных князей, которым верить можно. Не дело такие вещи в секрете держать, да прятать.

Я слабо усмехнулся, едва двинув губами.

— Действительно. А то вдруг я заодно с мятежниками окажусь. Или с Хранителями. Как знать, может вообще бастард кого-то из рода Болод. Просто маскируюсь хорошо.

Стоявший слева от кровати сибирский князь, вздохнул.

— Словами да обидой можно потом поиграть, Василий. А пока ответствуй мне — откуда в тебе сила Древнего?

Мои губы снова чуть разжались, изобразив легчайшую улыбку.

— А то ваши рода, мощь не оттуда черпают. Не из старой силы. У Рюриковичей вон, вовсе Дар не их этого мира, но им претензий в измене никто почему-то не выдвигает.

Густые и седые брови Шуйского сошлись на переносице, а сам князь внимательно всмотрелся в моё лицо. Потом бросил взгляд на Оболенского, который сейчас был вне поля моего зрения и как мне показалось, слегка озадаченно уточнил.

— Что значит «не из этого мира»?

Интересно. Выходит даже старые патриции, что являлись могучими воинами, не были в курсе тайны происхождения родовой силы Рюриковичей.

— Это чужая тайна, князь. Хочешь узнать — спроси у Дарьи. Или ещё у кого из её рода. Захотят, ответят.

Несколько секунд Симеон молча постоял, стиснув зубы и буравя меня взглядом. Но всё же взял себя в руки.

— Тогда желаю я о твоей знать, отрок. Откуда в тебе мощь такая, что подобна моей или Ратибора? Юн ты ещё для подобной силы.

Дёрнув уголками губ, я озвучил ответ, который уже сам сложился в разуме.

— А остался кто-то ещё их живых в роду Афеевых? Знаете такого? Да, чтобы он ещё был тем, кого признает алтарь?"

"На лице патриция отразилось лёгкое недоумения и я продолжил, развивая успех.

— Вот и я не знаю. Не было у алтаря выбора. Новый глава рода, которому предстояло тот возродить. Кому, как не ему, доверить древнюю силу и техники? Дать доступ ко всем знаниям предков.

Симеон приблизился стремительно — за одно движение оказался вплотную и навис надо мной, смотря прямо в глаза.

— Хочешь сказать, всё это в твоём алтаре имелось? Как? Видел я источник силы, которого не должно у вас быть. Давно всех с такими извели. Аль, своими глазами я его наблюдал. И тебя тоже, отрок.