Эрагон. Книги 1-4

Ведет себя глупо, точно котенок… но ведь, с другой стороны, всем позволительно время от вре­мени совершать глупости. — Поймав веретено левой ру­кой, Анжела остановила его и намотала только что спря­денную нитку на нижний деревянный диск. Потом снова запустила веретено и принялась правой рукой выдерги­вать и накручивать на него клочки шерсти. — У тебя такой вид, Губитель Шейдов, будто ты переполнен вопросами и сейчас лопнешь.

— Каждый раз после встречи с тобой я отчего-то испытываю необычайное смятение, и вопросов у меня возника­ет великое множество.

— Каждый раз? Ну, это ты уж слишком.

Ладно, я попы­таюсь ответить на некоторые твои вопросы. Спрашивай.

Чувствуя некий подвох в ее чрезмерной готовности, Эрагон быстро прикинул, что бы ему хотелось узнать в первую очередь, и спросил:

— Что означало слово «гром», когда ты говорила о дра­конах? Что ты хотела…

— А это правильное слово для обозначения стаи драко­нов. Если бы ты когда-нибудь услышал, как летит такая стая, ты бы сразу понял, что значит гром. Когда десять, двенадцать или больше драконов пролетают у тебя над головой, вокруг тебя начинает дрожать даже сам воздух, и возникает такое ощущение, будто ты сидишь внутри огромного барабана.

Кроме того, как еще можно назвать стаю драконов? Люди считают, что вороны каркают, орлы парят, гуси гогочут, утки крякают, сойки тарахтят, совы за­седают в парламенте, ну и так далее. Но что делают драко­ны? Вы знаете только выражение голод дракона. Но оно не слишком подходит. И, по-моему, не совсем точно было бы описывать драконов, как пламенеющих или внушающих ужас, хотя последнее мне, пожалуй, даже нравится, если учесть все прочее: внушающие ужас драконы… Хм, неплохо. И все же стая драконов называется «гром». И ты знал бы это, если бы тебя учили не только мечом махать и соединять кое-какие слова древнего языка в простейшие заклинания!

— Не сомневаюсь, что ты совершенно права, — сказал Эрагон, желая к ней подольститься. Он чувствовал, что и Сапфире тоже нравится выражение «гром драконов». Да, ему казалось, что это вполне подходящее описание.

Он еще немного подумал и спросил:

— А почему Гарцвог называет тебя Улутхрек?

— Это титул, который ургалы давным-давно пожалова­ли мне, когда я еще странствовала с ними вместе.

— И что он означает?

— Пожирательница Луны, Он ведь так и сказал.

— Пожирательница Луны: Какое странное прозвище! Как это оно к тебе привязалось?

— Ну, конечно же, потому, что я съела луну! Почему же еще?

Эрагон нахмурился и некоторое время молчал, глади кошку. Потом спросил:

— А почему Гарцвог дал тебе тот камень?

— Потому что я рассказала ему историю. По-моему, это совершенно очевидно.

— Но что это за камень? Он особенный?

— Просто камень. Кусок скалы.