Эрагон. Книги 1-4

Он был чрезвычайно мрачен и молчал все то время, пока Сапфира набирала высоту и брала курс на северо-восток, к Урубаену. И лишь когда гряда песчаниковых хол­мов превратилась в неясное пятно на горизонте, Эрагон тяжело вздохнул, посмотрел на лазурное небо, и губы его тронула улыбка.

«Что тебя так порадовало?» — спросила Сапфира, пома­хивая хвостом.

«У тебя на морде чешуя отрастает», — сообщил он, страшно обрадовав ее этим известием. Пофыркав немно­го, Сапфира заявила:

«Я всегда знала, что так и будет. Да и почему бы ей не отрасти?»

Однако Эрагон чувствовал, как у него под ногами ви­брируют ее бока, как сильно она замурлыкала от удоволь­ствия. И он, погладив ее по шее, прижался к ней грудью, чувствуя, что его тело наполняется ее теплом.

73. Разрозненные сведения

Когда они с Сапфирой прибыли в Урубаен, Эрагон был удивлен тем, что Насуада уже успела сменить название города на старинное — Илирия — из уважения к его исто­рии и наследию.

Также, к своему большому огорчению, он узнал, что Арья уже отбыла в Эллесмеру вместе с Датхедром и други­ми знатными эльфийскими лордами, забрав с собой зеле­ное драконье яйцо, которое нашла в цитадели.

Впрочем, Арья оставила ему у Насуады письмо, в кото­ром объясняла, почему уехала так поспешно: она должна была сопровождать тело Имиладрис в Дю Вельденварден, чтобы достойным образом похоронить ее. Что же касается зеленого яйца, то она писала следующее:

И поскольку Сапфира выбрала тебя, человека, быть ее Всад­ником, то было бы справедливо, если бы следующим Всадником стал эльфу если, конечно, тот малыш, что живет в яйце, с этим согласится. Я бы хотела, чтобы это осуществилось без отлага­тельств. Дракон уже и так слишком задержался в своей скорлу­пе. Поскольку в другом месте есть еще немало яиц — место это я, разумеется, называть не стану, — ты, надеюсь, не сочтешь мой поступок проявлением излишней самоуверенности или предосу­дительного предпочтения по отношению к моей расе. Я посове­товалась по этому вопросу с Элдунари, и они с моим решением согласились.

Поскольку и Гальбаторикс, и моя мать теперь ушли в пу­стоту, я более не желаю оставаться послом у варденов. Я пред­почла бы возобновить свое прежнее занятие — перенос драконьих яиц с места на место, как это было, когда мы искали будущегоВсадника для Сапфиры. Разумеется, посол, осуществляющий связь между нашими народами, по-прежнему необходим. А пото­му мы с Датхедром решили назначить на эту должность одного молодого эльфа по имени Ванир, с которым ты познакомился, когда был в Эллесмере. Он выразил желание побольше узнать о людях, и это представляется мне достойной причиной для того, чтобы он занял пост посла — если, конечно, он не проявит полной некомпетентности.